Флот неприятеля перешел в наступление. Один из кораблей подплывший совсем близко выбросил абордажные крюки и пираты приготовились спрыгнуть на судно капитана.
— Ты долго еще будешь занимать ванну. Я опаздываю, голос сестры донесся издалека.
— Я знаю чем ты там занимаешься, играешь в солдатики. Здоровенный лоб, и занимается такой ерундой.
Расул не стал отвечать. Подумав, что молчание в данном случае самый лучший и достойный ответ. Но игра была испорчена. Он выпустил воду из запруженной раковины, собрал свои кораблики и пиратов, спрятал в убежище, которое еще не обнаружила его зануда сестра. Выйдя из ванной он молча прошел в свою комнату.
— Не забудь, у тебя сегодня урок математики, а ты еще не подготовился, — не унималась сестра.
— А про свое плановое свидание ты не забыла, твой милый приехал или еще нет, — он решил перейти в контрнаступление.
— Это не твое дело. А будешь много выступать, я расскажу твоей Сабиночке как ты играешь в солдатики.
Все аргументы были исчерпаны, словесная дуэль как всегда кончилась не в его пользу. Расул вскочил, схватил попавшуюся под руку книгу и запустил в сторону сестры. Она с криком закрыла дверь в его комнату.
Немного успокоившись он сел за письменный стол. Достал учебник по математике и тетрадь. Создал на столе полную иллюзию напряженной работы. Затем выдвинул большой выдвижной ящик, под столешницей. Стол как будто бы специально был устроен таким образом, что при приближении неприятеля ящик можно было моментально закрыть и углубиться в решение уравнения в тетради, лежавшей на столе. В этом самом ящике лежала его любимая книга «Всадник без головы». Он раскрыл наугад, ему было все равно с какого места читать. Мальчик знал ее наизусть. Он представлял себя на месте отважного мустангера, укрощал диких мустангов, скакал по необозримым просторам прерий, обнимал нежную Луизу. Иногда он настолько переносился в воображаемый мир, что возвращаться в свой современный мир, где нужно было учить математику, выслушивать колкости сестры, было непреодолимо трудно. Книга была старенькой, зачитанной. Она являлась частью его сокровищ, которыми он очень дорожил. Кроме нескольких книг, туда входили коллекция моделей автомобилей, батарея солдатиков и флот игрушечных кораблей.
Передышка была недолгой: вновь послышался голос сестры:
— Я знаю, ты читаешь своего Всадника. Хоть бы прочел еще какую-нибудь книгу. Ах да я забыла, еще «Три мушкетера». Интересно на месте кого ты себя представляешь, Д Артаньяна наверное, а может быть Портоса, он тебе ближе.
— Как ты меня утомила, тебе нечем заняться пойди позвони своей подруге, вам есть о чем поговорить, не то что мне бедному Портосу. Вы уже перемыли косточки всем, или еще кто-нибудь остался?
— Не беспокойся твои косточки нас не интересуют. Зато наверняка они очень интересуют твою училку. Скорее не косточки, а голова. Вот устроит она тебе сегодня головомойку.
Он с ужасом посмотрел на часы. Так и есть, ему нужно быть на уроке через полчаса. Он схватил математику и тетрадь, положил их в папку. Перед выходом он пригладил свои вихры и посмотрел в зеркало. Удовлетворенный увиденным, он прокричал:
— Я пошел, жди меня и я вернусь, а если задержусь, значит Фрида услышала твои молитвы и устроила мне головомойку.
Учительница математики жила в нагорной части города. Он сел в старенький тороллейбус, который неспешно, двинулся по своему маршруту. По дороге несколько раз соскакивала штанга, водитель выходил, стучал по штанге, что-то подправлял, и троллейбус также не торопясь ехал дальше.
— Наверное пешком я бы уже добрался, а теперь мне еще попадет за опоздание, подумал он.
Наконец троллейбус дотащился до нужной остановки. Он спрыгнул с подножки и еще два квартала поднимался вверх. Подъем был крутой, один из домов прорезала трещина, грозившая в скором времени разрастись и разломить дом пополам. Однако жильцы дома продолжали жить в нем и по-видимому мало кого заботило бедственное положение дома. Мальчик ходил заниматься к учительнице уже полгода и каждый раз проходя мимо этого дома замечал, как трещина становилась все шире.
Перед дверью учительницы он набрал в легкие воздух, изобразил на лице улыбку.
— А вот и ты, я думала, что ты уже не придешь, опаздываешь на десять минут.
— Извините это больше не повторится.
— Надеюсь. Надеюсь.
Они сели заниматься в большой светлой комнате. Примечательна она была тем, что вокруг стен стояли поставленные друг на друга полки, заполненные книгами.
— Ну, приступим, насколько я помню нужно было составить два вида уравнений по простенькому условию задачи. Получилось или нет?
Мальчик помедлил минуту. Он не подготовил заранее объяснения почему он не сделал задания и сейчас вдруг представил, что на его месте сделал бы Моррис Джеральд. Он бы вскочил, вытащил бы лассо из-за пояса, помахал бы им перед носом учительницы и она тут же забыла бы и про уравнения и вообще стала бы его уважать и перестала бы донимать никому не нужной математикой.
— Нет у меня ничего не получилось, очень трудная тема.
