Тьма окутала ее, как мрачное покрывало, словно занавес, скрывающий все внутри. В ее руках кисть стала орудием, воплощающим ее самые темные страхи и сомнения. Шизофрения, словно тень, не отпускала ее, продолжая накрывать ее волной фантазий и иллюзий.
Но она приняла этот мир. Она приняла свою борьбу с тьмой, приняла свое одиночество и боль. Ее рисунки стали исследованием ее собственной души, путем к пониманию самой себя. В каждом штрихе она видела отражение своих страхов и желаний, каждая капля краски была попыткой проникнуть в самые глубины своего существа.
И хотя апатия сжимала ее сердце, она продолжала рисовать. Она рисовала свои страхи, свои мечты, свои надежды. Ее картины стали ее истинным голосом, ее способом выразить все, что было затеряно в темноте.
Она уже не боролась с тьмой, она просто позволила ей быть. Иллюзия стала частью ее, но она больше не старалась избавиться от нее. Вместо этого она приняла ее, включила в свою жизнь, как часть самой себя.
И каждый день, с каждым штрихом, она находила в себе силы продолжать. Ее мир был темным и сложным, но он был ее собственным. Она создавала его, формировала его, воплощала свои самые глубокие мысли и чувства на холсте.
Так прошли месяцы, и она осталась верна своему искусству. Ее картины стали доказательством ее борьбы, доказательством ее силы и выносливости. Так она думала…
Люди, окружающие ее, не могли понять ее фальшивой искренности. Задавая вопросы, они не получали конкретного ответа, лишь ту самую фальшивую улыбку, которая выражала ее желание заплакать. Но она оставалась предана своим рисункам, которые как раз и закрывали ее километрами от людей.
Надеюсь, все правильно поняли, она не сошла с ума. Из-за своей юности она ничего не могла поделать, ошибки, которые она совершала, были ей помощью, чтобы понять себя. Она решила закрыться от чужих обсуждений, которые ей были бы лишними. Она знала, что ее проблемы для других – это лишь новая тема обсуждения, чего она искренне не хотела. После того как ее родители уехали и не связывались с ней, ей было очень тяжело. Совсем маленькая девочка, которая не в состоянии себя правильно воспитать и обеспечить, была отправлена на произвол судьбы. Да, все же ее поведение было странным очень часто, но в такой ситуации это нормально. Помню, как она сидела поздно ночью и вспоминала слова старушки. Она поняла смысл этих слов, она не умела рисовать, но ведь это было не главное. Она умела писать, просто писала она не ручками, а красками. Кисть и полотно стали для нее самыми главными слушателями. И нет, это не глупо, в этом и заключается урок рисования – понять не то, как ты рисуешь, где правильно, а где нет, урок заключается в том, чтобы понять, для чего ты рисуешь. Многие будут уверены, что самое главное – это техника рисования, но вы окажетесь неправы.
Начинаются холода. Всю свою осознанную жизнь я помню, как я любила холод или дождь. От него можно спрятаться, от жары никуда уже не убежишь. Пасмурное небо с небольшими просветами солнца, только представьте, будто ангелы выглядывают и наблюдают за вами. Как только так вышло, что мы живем на такой прекрасной планете! Вечная благодарность Богу за эту вселенную.
У нас начались каникулы. Меня раздражает то, что я вечно не строю никаких планов на каникулы. Но зато я смогла найти небольшую подработку. Теперь я сижу с прекрасными двумя детками, обе девочки: одной два года, другой четыре. Они такие улыбчивые. Каждый раз, когда прихожу с ними сидеть в их дом, чувствую что-то настолько приятное, родное, лёгкое трепетание в груди, искреннюю радость. Я никогда не завидовала, что у этих прекрасных деток есть родная мама и родной отец. Мне наоборот было радостно за них, что их родители, прожив больше пятнадцати лет вместе, до сих пор любят друг друга и любят своих детей. Они вместе веселятся, разговаривают, занимаются совместными делами, у них есть общие интересы. Разве это не прекрасно? Я считаю, что этим детям очень повезло, и я всегда буду желать этой прекрасной семье только лучшего.
Также у меня была ещё одна подработка. Я начала продавать свои рисунки. Мне правда очень тяжело расставаться со своими рисунками, ведь это мои эмоции. Но в такой ситуации я могу сказать, что у меня нет выбора, так как мне нужны деньги. Меня расстраивает лишь одно: хоть мои рисунки и начали называть искусством, никто не хочет мне платить достаточно денег. А я не могу рисовать по одному рисунку каждый день, чтобы заработать достаточно на своё пропитание. Поэтому часто мне приходится не есть продолжительное время, из-за чего я сильно потеряла в весе.
