Урок возмездия полностью

Алекс чиркнула спичкой – и призрак пропал. Место, где он стоял, было непроглядно черным, и я все еще чувствовала его присутствие. Возможно, он не исчез. Может быть, он расширился, поглощая нас.

Мы с Алекс уставились друг на друга поверх доски. Плечи Алекс мелко дрожали, она облизывала пересохшие губы. Стало еще холоднее, чем прежде, словно температура упала на несколько градусов, когда погасли свечи.

Я хотела сказать ей, что все в порядке, но язык замер во рту, тяжелый, с мерзким привкусом. Словно я наелась могильной земли.

Марджери Лемонт была похоронена заживо.

Кровь на ладони была липкой, ее медный запах витал в воздухе, перекрывая мускус благовоний. Алекс вновь зажгла свечи – три ближние. От их света на доске появлялись причудливые фигуры, большинство букв тонули в темноте.

Ни одна из нас больше не прикасалась к планшетке, но в прорези теперь виднелось слово «да».

– Ты двигала указатель?

Алекс покачала головой.

Я впилась зубами в нижнюю губу. Мы с Алекс вновь наклонились над планшеткой, сомкнув дрожащие пальцы.

– Рассказы о вас – правда? – спросила я. – Вы на самом деле были ведьмами?

Если рассказ о ритуале, приведшем к смерти Флоры, был правдивым, то обряд явно был взят у друидов: в некоторых греко-римских отчетах-фальшивках сообщается, что древние кельты практиковали человеческие жертвоприношения в день осеннего равноденствия и что будущее может быть предсказано по тому, как дергаются конечности умирающей жертвы. Даже то, как жертва истекала кровью, имело прогностическую ценность.

В дневнике городской акушерки излагается версия этой истории, по которой тело Флоры Грейфрайар было найдено с полуобгоревшей кожей, а ее одежда лежала среди пепла на ведьмовском алтаре. Листья серебристого коровяка были рассыпаны вокруг, в волосах красовалась корона из полыни, горло было мокрым от крови.

Я знала ответ на свой вопрос, но все-таки хотела, чтобы Марджери сказала это.

Планшетка под нашими руками дрогнула, я затаила дыхание – указатель сдвинулся и немедленно вернулся в положение «да».

Меня распирало от множества новых вопросов. Слишком большого количества вопросов. Невозможно ответить на все. Невозможно с помощью гадательной доски узнать то, что интересовало меня по-настоящему:

Чему из области магии ты можешь научить меня?

Я была готова спросить Пятерку из Дэллоуэя, почему умерла Флора, какой ритуал они пытались осуществить в ту ночь осеннего равноденствия – если они вообще были виновны в ее смерти, – когда планшетка вновь задвигалась.

– Возьми записную книжку, – ахнула Алекс, а я быстро вернула свой «Молескин» на колени и трясущимися пальцами сдернула колпачок с ручки.

Планшетка под нашими руками рывками перемещалась по доске.

– Я … с …

Воздух теперь был холодным, мороз пробирал до костей. Я не осмеливалась отвести взгляд от доски и именно поэтому, когда планшетка, наконец, остановилась – когда я, наконец, перевела взгляд на записную книжку, – с трудом смогла разобрать собственный почерк.

– Что она говорит? – нервно спросила Алекс, обеспокоенная моим молчанием.

– Она говорит… – Я потрясла головой, нервно сглотнула; во рту у меня пересохло. – Она говорит: «Я собираюсь убить тебя».

Я подняла глаза. Алекс, судорожно сжав кулаки на коленях, уставилась на меня с другого конца доски. Ее лицо при свечах казалось зеленоватым, это жутко и…

Что-то прикоснулось к моему затылку, холодный палец скользнул вдоль спины.

– Алекс. – У меня перехватило дыхание.

– С тобой все в порядке?

Ощущение прикосновения пропало; по затылку словно прошелся легкий ветерок. Охваченная ужасом, я не осмелилась оглянуться.

– Клянусь, прямо сейчас что-то…

Тени сгустились, заклубились, как дым. За спиной у Алекс призрачным силуэтом выросла фигура, вокруг головы которой развевались длинные волосы, она тянулась когтистыми руками…

Тянулась к ее горлу.

– Алекс, сзади!

Она резко обернулась – и в тот же момент призрак исчез, разлетевшись на осколки, мгновенно растаявшие во тьме.

Марджери.

– Нет там никого, – сказала Алекс.

Однако я все еще чувствовала ее присутствие: дух Марджери Лемонт глубоко вонзил свои когти в мое сердце, кровь в моих венах превратилась в яд.

Я покачала головой:

– Она была… Клянусь, она была там. Она была именно там.

Как там в стихотворении?

– Все это чушь собачья, – заявила Алекс.

– Нет, Алекс, не…

Слишком поздно. Она смахнула планшетку с доски и затушила благовония.

– Это все неправда, Фелисити. Успокойся.

Нет. Нет, все вышло из-под контроля. Мы должны были закончить сеанс правильно. Марджери все еще была здесь, она притаилась, во время Самайна[13] грань между нашим миром и миром теней стала очень тонкой, полупрозрачной. Марджери было совсем легко проникнуть сюда.