– Айра в военный лагерь попасть не мог, – сказал Сэм. – У него иждивенцы на руках, он все равно что женат. Хотя при нашем положении жениться он никогда не сможет. Меня сердце вот уже сколько лет допекает, а одна из его сестер – слабоумная. Я думаю, армия не взяла бы его, даже если бы он в добровольцы подался! Нам с девочками пришлось бы тогда жить на пособие, обременять нашими персонами государство. «Вали отсюда! – сказали бы ему в армии. – Возвращайся к тем, кому ты нужен. Мы с тобой возиться не желаем».
Мэгги услышала, как кто-то сбегает по лестнице, – приглушенный, барабанный звук. В желтой стене за прилавком открылась дверь, голос Айры произнес:
– Пап…
Он замер, глядя на нее. Темный, плохо сидящий костюм, тесная белая сорочка, из-под воротника свисает незавязанный темно-синий галстук.
– Мы опаздываем на свадьбу, – сказала Мэгги.
Он отдернул манжету, посмотрел на часы.
– Пойдем! – попросила она, думая не только о свадьбе. Мэгги чувствовала почему-то, что оставаться рядом с отцом Айры опасно.
И пожалуйста, Сэм сказал:
– Мы с твоей маленькой подружкой только что обсуждали твою службу в армии.
– В армии?
– Айра не может служить в армии, сказал я. У него есть мы.
Айра ответил:
– Ладно, пап, я отлучусь всего на пару часов.
– Так надолго? Это ж все утро пройдет! – Сэм повернулся к Мэгги и сказал: – Суббота у нас – самый оживленный день.
Интересно, подумала Мэгги, почему же тогда в мастерской так пусто? И пробормотала:
– Да, ну, мы…
– На самом деле, если бы Айра пошел в армию, ему пришлось бы это заведение закрыть, – сказал Сэм. – Распродать все до последнего гвоздя, а между прочим, в октябре исполнится сорок два года, как оно принадлежит нашей семье.
– О чем ты говоришь? – спросил Айра. – Зачем бы я пошел в армию?
– Твоя маленькая подружка думала, что ты вступил в армию и тебя там убили, – пояснил Сэм.
– А, – сказал Айра. Похоже, и до него дошло, что положение становится опасным, потому что на сей раз он сам сказал: – Нам пора.
– Она решила, что тебя разорвало на куски в армейском лагере, – сообщил ему Сэм. И снова хрипло фыркнул. В том, как он обходится со своим носом, подумала Мэгги, есть что-то кротовое, беспощадное. – Взяла да и написала мне соболезнующее письмо, – продолжал он. – Ха! – И повернулся к Мэгги: – Я даже испугался. На полсекунды задумался: минуточку, Айра умер? Если да, я бы узнал об этом первым. Вот так я впервые узнал о вас. На самом деле впервые за многие годы понял, что есть девушка, которой он интересен. У него же друзей-то теперь и нет. Школьные приятели были ребятами башковитыми, все разъехались по колледжам, связь с ними он потерял, и знакомых одних с ним лет у него не осталось. «Вот смотри! – сказал я ему. – Наконец-то девушка появилась». То есть сказал, когда у меня прошло первое потрясение. «Хватай ее обеими руками, пока не сбежала» – вот что я ему посоветовал.
– Пошли, – сказал Мэгги Айра.
Он поднял закрепленную на петлях часть прилавка, вышел из-за него, однако Сэм так и продолжал разглагольствовать.
– Горе в том, что теперь ты знаешь – она и без тебя обойдется, – сказал он.
Айра остановился, не вернув дверцу на место.
– Написала соболезнующую записочку и стала преспокойно жить дальше, вот и все дела, – сказал ему Сэм.
– А ты чего ожидал – что она будет рыдать на моей могиле?
– Ну, ты должен признать, что со своим горем она справилась образцово. Написала мне записку, наклеила на конверт марку и занялась приготовлениями к свадьбе своей подружки.
– И правильно, – сказал Айра и, опустив дверцу, повернулся к Мэгги. Неужели его ничем не проймешь? Глаза спокойные, ладонь, которой он взял ее за руку, не дрожит.
– Вы не правы, – сказала Мэгги Сэму.
– Да?
– Я вовсе не обходилась без него легко и спокойно! Я была едва жива от горя.
– Не стоило вам так уж распаляться по этому поводу, – сказал Сэм.
– И к вашему сведению, очень многие девушки считают его совершенно замечательным, я не одна такая, а говорить, что он не может жениться, просто смешно. Вы не имеете на это права, жениться может каждый, было бы желание.
– Он не посмеет! – заявил Сэм. – Потому как обязан думать обо мне и сестрах. Вы хотите, чтобы мы все в богадельню попали? Айра? Ты не смеешь жениться, Айра!
– Это почему же? – спокойно спросил Айра.
– Потому что ты обязан заботиться обо мне и о сестрах!
– И тем не менее я на ней женюсь, – сказал Айра.
После чего открыл дверь и отступил от нее, пропуская Мэгги вперед.
Выйдя на крыльцо, они остановились, Айра обнял ее и привлек к себе. Она почувствовала щекой узкие кости его груди, услышала, как бьется под ее ухом сердце Айры. Сэм, наверное, видел все сквозь стекло двери, и тем не менее Айра наклонился и поцеловал Мэгги в губы. Поцелуй получился долгим, теплым, проникновенным, у нее даже коленки ослабли.
А потом они пошли к церкви – с одной, впрочем, заминкой: дверь защемила подол хоровой мантии Мэгги. Чтобы освободить его, Айре пришлось снова открыть дверь (на отца он даже не взглянул).
