Берианд – это мир магии и загадочных существ, мир героев и подонков, в этом мире возможно все. Множество сил сражаются в этом мире, чтобы склонить чашу весов в свою сторону. Но есть и те, кто пытаются сохранить баланс, низвергая одних и возвышая других.
Старый император наблюдал с балкона за заходящим солнцем. Он видел, как тень постепенно накатывает на столицу, поглощая один дом за другим. Тень подбираться к балкону, когда дверь в императорские покои отворилась, и внутрь проскользнул мальчик лет пятнадцати с кудрявыми каштановыми волосами. Император бросил взгляд на посетителя, а затем вновь вернулся к созерцанию заката.
– Как прошли уроки? – спросил старик.
– Хорошо, – ответил мальчик, бегая глазами по сторонам и переминаясь с ноги на ногу.
– В чем дело?
– Отец, ты же хочешь восстановить империю в ее прошлых границах?
– Я уже не смогу этого сделать, да и ты вряд ли, но через несколько поколений, если будущие императоры будут стремиться к восстановлению былого величия нашей великой страны, мы сможем вернуть большинство наших провинций.
– На уроке истории мне рассказывали про императора Иокима…
– А, Иоким Сталихон, великий человек, при котором империя достигла наибольшего могущества, – император закатил глаза, погружаясь в размышления о былом и будущем могуществе империи.
– Он и правда сделал многое для Велезарии, но меня беспокоят его методы.
– И что же не так с ними? – с интересом поинтересовался старик, ему очень хотелось узнать, как наследник относится к делам прошлых императоров. По его оценке император мог предположить, каким будет правление после него и будет ли оно соответствовать его ожиданиям и надеждам.
– Он казнил или посадил всех своих влиятельных сторонников, из противников же не уцелел вообще никто, каждая его реформа сопровождалась насильственными действиями по отношению к нашим гражданам, – чем дальше говорил мальчик, тем громче был его голос, – великолепные дворцы и крепкие стены возводились рабским трудом руками сотен тысяч ни в чем не повинных людей. Он сделал слишком много того, что противоречит учению Креста, да и к самому Господу он относился с пренебрежением, сильнейшие гонения на церковь были именно при нем.
Император с улыбкой слушал своего сына, а когда тот замолчал, кивнул головой и спросил:
– И какой же вывод ты делаешь?
– Он привел нашу страну к величию и могуществу, но соразмерна ли цена за все это?
– Марк, я тоже казнил много людей, считаешь, я и мой отец заплатили слишком большую цену за предотвращения распада остатков империи?
– Это другое, ты и дедушка казнили предателей и сепаратистов, которые желали разорвать нашу страну на части, но Иоким казнил отнюдь не предателей, а тех, кто был, по его мнению, не нужен или опасен.
– Императора Иокима есть за что ненавидеть, но есть за что и любить: при нем страна ни разу не испытывала голод, при всех его зверствах не случилось ни одного бунта, более того Велезария смогла выбросить Линь, страну с самой сильной армией по тогдашним меркам с континента, темные эльфы боялись грабить наши владения, а варвары не могли проникнуть вглубь империи, довольствуясь лишь пограничьем, да и за это получали карательную экспедицию. Кроме того, именно при нем достигли наивысшего расцвета искусства и науки. Разве это плохо?
– Нет, но меня смущает цена, я считаю, что она слишком велика.
Император вздохнул и вновь повернулся к окну, солнце тем временем почти скрылось за горизонтом, оставив лишь багровую полоску вдали. Старик молчал, его сын, Марк, тоже, ожидая, что же на это ответит отец. Молчание длилось довольно долго, только когда солнце полностью скрылось из глаз, погрузив город во тьму, император повернулся к сыну и взглянул ему в глаза.
– Один человек как-то сказал, что ни один мир не заслуживает существования, если цена за него – пролитая слезинка ребенка.
– В этом есть смысл, – кивнул Марк, не дождавшись продолжения фразы.
– Ты думаешь есть, а я считаю, что это чушь собачья, – вдруг жестко произнес император, – какой глупец решил, что за мир и спокойствие, один расстроенный ребенок, это слишком много, – Марк понурил голову, уже понимая, что сейчас император жестко его отчитает, скажет, чтобы он больше не лез с дурацкими вопросами и прогонит его прочь, но император не стал этого делать. Вместо этого он неожиданно мягко продолжил:
– Видишь ли, любая из наших точек зрений верная и неверная одновременно. Я считаю действия Иокима оправданными, ты – нет. Хорошо, это твое право. Но подумай вот над чем, ты – будущий император, возрождение империи ляжет на твои плечи, ты можешь лишь продолжить наше дело или сохранить империю в нынешнем виде. Я надеюсь, ты выберешь первое. Подожди, я не закончил, – вскинул ладонь император, видя открывающийся рот Марка. – Правда тут только одна, при двух этих вариантах, тебе в любом случае придется замарать руки и чем грандиознее будут твои планы, тем глубже в грязь тебе придется залезть. Император должен брать ответственность за все, что происходит при его правлении, а потому, чем выше поднимется Велезария, тем ниже падешь ты. Остается решить для себя только один вопрос, пойдешь ли ты на жертвы или сохранишь текущий баланс.
– Отец, я понимаю, что власть это грязное дело.
– Еще какое, – кивнул старик, – и боюсь, ты еще даже не представляешь насколько. Посмотри на стол.
