Уроки химии полностью

В последний раз она тоже заходила в эту лабораторию под бдительным оком Фраск; тогда, однако, Фраск заявила, что вещей Кальвина здесь не осталось, что Шесть-Тридцать тут делать нечего и что вскоре на свет появится Мадлен. С тоской рассмотрев исписанную незнакомым почерком офисную доску, висящую на стене, Элизабет вновь перевела взгляд на мистера Уилсона. Тот, как рулон материи, высился над бывшим табуретом Кальвина.

– Право, не хочу отнимать у вас время, – сказала Элизабет, – но я даже помыслить не могу о возвращении в Гастингс. Это личное.

– Оно и понятно, – отозвалась Эйвери Паркер. – После всего, что здесь произошло, ни у кого язык не повернется вас упрекать. И все же прошу дать мне шанс вас переубедить.

Элизабет обвела глазами помещение; взгляд ее задержался на одной из оставшихся после Кальвина табличек. Которая сурово предупреждала: «Не входить».

– Извините, – сказала Элизабет. – Но не стоит даже пытаться.

Эйвери Паркер посмотрела на Уилсона, который в свою очередь обернулся к Фраск.

– Не выпить ли нам кофе? – вскочила та. – Подам свежесваренный, полный кофейник. А тем временем Паркер-фонд озвучит для вас кое-какие планы.

Но не успела она дойти до порога, как дверь лаборатории распахнулась.

– Уилсон! – воскликнул Донатти, словно приветствуя друга после долгой разлуки. – Только что узнал о вашем приезде. – Он бросился вперед, протягивая руку, словно не в меру ретивый продавец. – Все бросил и тут же примчался сюда. Вообще-то, я в отпуске, но… – Тут он осекся при виде знакомого лица. – Мисс Фраск? – поразился он. – Вы что тут?.. – А потом резко обернулся к немолодой хмурой женщине с папкой-планшетом в руках. Прямо у нее за спиной стояла – какого черта? – Элизабет Зотт.

– Здравствуйте, доктор Донатти. – Эйвери потянулась к нему для рукопожатия, но в этот миг у него бессильно упала рука. – Рада наконец увидеть вас лично.

– Простите, а вы кто?.. – высокомерно спросил он, избегая смотреть на Зотт, как некоторые избегают зрелища солнечного затмения.

– Меня зовут Эйвери Паркер. – Она отдернула руку. А когда он в растерянности застыл, повторила: – Паркер. Вы же знакомы с Паркер-фондом. Паркер.

От испуга у него отвисла челюсть.

– Сожалею, что мы прервали ваш отпуск, доктор Донатти, – продолжала Эйвери. – Но зато скоро у вас будет… масса свободного времени.

Помотав головой, Донатти снова повернулся к Уилсону:

– Так вот. Сообщи вы заранее о своем приезде…

– А мы как раз не хотели сообщать о своем приезде, – добродушно объяснил Уилсон. – Решили вас порадовать. А точнее – огорошить.

– П… прошу прощения?

– Огорошить, – повторил Уилсон. – Ну сами понимаете. Как вы нас огорошили, прикарманив средства Паркер-фонда. И как вы присвоили чужие труды, огорошив тем самым мисс Зотт… или правильнее будет сказать «мистера Зотта»?

Элизабет, стоявшая в другом конце лаборатории, удивленно вздернула брови.

– Послушайте… – начал Донатти, ткнув пальцем в сторону Зотт. – Не знаю, что вам наговорила вот эта женщина, но смею вас заверить… – Он умолк, не окончив фразы. – А вас за каким чертом сюда принесло? – спросил он, указав пальцем на Фраск. – После той гнусной лжи, которую вы имели наглость отправить в «Лайф»? Мой адвокат собирается подать на вас в суд. – Он повернулся к Уилсону. – Вы, наверное, не в курсе, Уилсон, но много лет назад мы уволили Фраск. Эта особа на нас зуб точит.

– Это верно, – согласился Уилсон. – Уже наточила, и весьма остро.

– Вот именно! – подтвердил Донатти.

– Кому же знать, как не мне, – добавил Уилсон. – Ведь я – ее адвокат.

Донатти выпучил глаза.

– Донатти… – начала Эйвери Паркер, порывшись в сумке и достав оттуда лист бумаги. – Не хочу показаться бесцеремонной, но у нас мало времени. От вас нам нужна лишь подпись – и можете идти. – Она протянула Донатти документ, в заголовке которого значилось четыре простых слова: «Уведомление о расторжении контракта».

Донатти уставился на бумагу, потеряв дар речи, и Уилсон ему растолковал, что Паркер-фонд недавно купил контрольный пакет акций Гастингса. Именно то письмо, которое Фраск направила в журнал «Лайф», по словам Уилсона, заставило попечителей фонда как следует приглядеться… бла-бла-бла… использование служебного положения… бла-бла-бла… решили принять на себя управление… Донатти не мог сосредоточиться. Разве они находятся не в бывшей лаборатории Кальвина Эванса? Он слышал, как где-то вдалеке бубнит Уилсон – про «некомпетентное управление», «фальсификацию результатов» и «плагиат». Больше всего ему сейчас хотелось выпить.

– Мы проводим сокращение штатов, – объявила Фраск.

– Кто это «мы»? – очнулся Донатти.

– Я провожу сокращение штатов, – поправилась Фраск.

– Ты – секретарша, – выдохнул Донатти, будто устав от этих загадок. – И мы тебя уволили, не забыла?

– Фраск теперь начальник отдела кадров, – объяснил ему Уилсон.

– Мы попросили ее подыскать нового начальника сектора химических исследований.

– Но ведь этот сектор возглавляю я, – напомнил ему Донатти.

– На эту должность мы наметили другого кандидата, – сообщила Эйвери Паркер.

И кивнула на Элизабет.

От удивления та отпрянула.