– Пострадала, – ответила она. – К счастью. Потому что он меня подхватил на руки, усадил на руль, сказал, чтобы я крепилась, и помчал в поликлинику. Десять стежков спустя… – Эйвери обнажила старый шрам на предплечье, – мы уже были влюблены. Эта брошь – его подарок. – Она тронула перекошенную ромашку на лацкане пиджака. – По сей день ношу ее не снимая. – Она обвела взглядом лабораторию. – Простите, что назначила встречу именно здесь. Задним числом понимаю, что это могло вас ранить. Извините. Мне просто хотелось побыть в тех стенах, где… – Она умолкла.
– Я понимаю, – сказала Элизабет. – Очень хорошо понимаю. И рада, что сейчас мы оказались тут вдвоем. Ведь мы с Кальвином здесь познакомились. Вот на этом самом месте. – Она сделала жест рукой. – Мне нужны были колбы, и я стащила коробку у Кальвина.
– Вы очень находчивы, – сказала Эйвери. – Скажите, это была любовь с первого взгляда?
– Не совсем, – ответила Элизабет, вспоминая, как Кальвин требовал, чтобы ему позвонил ее начальник. – Но потом у нас тоже произошел свой счастливый несчастный случай. Когда-нибудь расскажу.
– С удовольствием выслушаю, – сказала Эйвери. – Как жаль, что я не знала сына. Быть может, теперь узнаю – через вас. – Она судорожно вздохнула и откашлялась. – Я мечтаю войти в вашу семью, мисс Зотт, – сказала она. – Надеюсь, мисс Зотт, я не слишком много на себя беру.
– Пожалуйста, называйте меня Элизабет. Для нас вы
– Не припоминаю.
– Желудь – это вы.
Увлажнившиеся серые глаза Эйвери остановились на какой-то точке в дальнем конце помещения.
– Фея-желудь, – сказала она себе. – Это я.
Снаружи донеслись шаги, потом быстрый стук. Дверь лаборатории распахнулась – это вернулся Уилсон.
– Извините за вторжение, – осторожно сказал он, – но я хотел убедиться, всё ли у вас…
– Да, – подтвердила Эйвери Паркер. – Наконец-то абсолютно всё.
– Слава богу, – выдохнул он, прижимая руку к груди. – В таком случае, как ни прискорбно, вынужден вас прервать: до нашего завтрашнего отъезда, Эйвери, необходимо уладить массу дел, требующих вашего внимания.
– Я все время буду здесь.
– Вы так скоро уезжаете? – удивилась Элизабет, когда Уилсон затворил за собой дверь.
– К сожалению, задержаться не смогу, – сказала Эйвери. – Как я уже говорила, в мои планы не входило пускаться в объяснения, пока мы не сойдемся ближе. – А потом с надеждой добавила: – Но обещаю: мы скоро вернемся.
– Давайте условимся: сегодня ужин в шесть, – сказала Элизабет, которой не хотелось ее отпускать. – У нас, в домашней лаборатории. Вы, Уилсон, Мэд, Шесть-Тридцать, я, Гарриет, Уолтер. В какой-нибудь момент вам еще предстоит знакомство с Уэйкли и Мейсоном. Соберемся всей семьей.
Эйвери Паркер, которая вдруг расцвела улыбкой Кальвина, обернулась и взяла руки Элизабет в свои ладони.
– Всей семьей, – повторила она.
Когда за ними закрылась дверь, Элизабет наклонилась и обняла за шею Шесть-Тридцать:
– Признайся. Когда ты сообразил?
Но вместо этого развернулся, запрыгнул на противоположную столешницу и схватил в зубы чистую тетрадку. Вытащив из прически карандаш, Элизабет приняла у него тетрадь и открыла на первой странице.
– Абиогенез, – сказала она. – Приступим.
Книга пишется усилиями одного человека, но, чтобы она увидела свет, требуется целая армия. И сейчас я хочу поблагодарить мою армию.
В нее входят мои друзья из Цюриха, прочитавшие самые первые главы: Морган Гиларди, К. С. Уайлд, Шерида Дипроуз, Сара Никерсон, Мередит Уодли-Сутер, Элисон Бейлли и Джон Коллет.
Мои друзья по онлайн-курсам
