— Чисто технически я не врал, — вздохнул Илья. — Я просто не отрицал то, что ты сама себе придумала.
— Но зачем?
— Во-первых, ты заявила, что не хочешь встречаться с богатым парнем. Подожди! — он поднял руку, когда я уже открыла рот. — Не перебивай, дай я договорю. У нас только все начиналось, и я был не уверен в том, как ты ко мне относишься.
— И решил, что лучше соврать? — не удержалась я.
— Дина! Я же попросил: дай договорить. А во-вторых, я вообще не люблю выставлять напоказ семейный достаток и связи. Я этого наелся, когда учился на психфаке. Ты не поверишь, как много девушек сразу начинают облизывать тебя со всех сторон, когда узнают, чей ты сын.
— А… чей ты сын? — осторожно спросила я.
— Папа — председатель совета директоров компании «Соляр» и креативный продюсер Семерки. В том числе всех молодежных шоу, которые там идут.
— Серьезно?! — ахнула я.
Блин, как же хорошо, что я этого не знала раньше. Я тогда и слова из себя не смогла бы выдавить рядом с ним.
— Вот у всех такая реакция, — зло усмехнулся Илья. — Очень бесит, когда приводишь домой кого-то, друзей или девушку, а они такие «а где твой папа? А давай дождемся его, так хочется с ним познакомиться». Чувствуешь себя, блядь, бесплатным приложением к продюсеру Кашнову.
Вдруг у меня в голове наконец-то сложились детали пазла.
— Стой! У нас девчонки в универе говорили, что Олег — сын продюсера Кашнова. А он…
— А он племянник продюсера. Но ему нравится, что все так думают, — пожал плечами Илья. — Мне это скорее на руку. Говорю же: не люблю внимания, которое направлено по сути не на меня, а на семейные капиталы и папину должность.
— А кто папа Олега? — не удержалась я от вопроса.
— Папин брат. Начальник отдела кадров в какой-то фирме. Но сейчас он не работает, они с тетей Лидой почти все время за городом живут, у них там коттедж.
Я вспомнила дорогую машину Олега, его одежду, телефон последней модели и привычку сорить деньгами. Кажется, я поняла, где берет начало источник всей этой красивой жизни.
— Дай угадаю, а деньги им дает твой папа?
— Да, — кивнул Илья. — Не вижу тут проблемы, это нормально, как мне кажется — помогать родным. Они в свое время меня практически вырастили. Мне, правда, не очень нравится, что дядя Паша льет денежный поток в карман Олега, а тот это все бездумно тратит, но они взрослые люди. Сами разберутся.
— Наверное, — я бы не была в этом так уверена, но это и правда было не мое дело.
Теперь практически все встало на свои места, осталось уточнить еще одну деталь.
— Про работу ты мне тоже, получается, врал, — утвердительно сказала я. — Чтобы не говорить, откуда у тебя деньги.
Илья обжег меня злым взглядом и саркастично приподнял бровь:
— Конечно, врал. Зачем мне работать, правда? Я ведь планирую всю жизнь сидеть на шее отца.
— Э-э-э, — я почувствовала себя глупо. — То есть не врал?
— Как же бесят эти стереотипы, которые ты вбила себе в голову! — прорычал Илья.
Я, наверное, впервые видела его таким взбешенным. — Ты реально думаешь, что бедный — значит, хороший и работящий, а богатый — обязательно скотина и прожигает деньги? Да, блядь, по-разному бывает! По-разному! А ты еще спрашиваешь, почему я тебе сразу не сказал правду!
— Кто бы говорил про стереотипы! — тоже закричала я, вскочив с кресла. — Ты вот почему-то вбил себе в голову, что у тебя так себе внешность, и постоянно думаешь, что я от тебя уйду, потому что я типа красивая, а ты типа нет!
— Ты не типа, а красивая!
— И ты тоже!
— Я тебе вообще про другое!
— А я про это!
— Блин, ты меня вообще слышишь?
— А ты меня?!
Мы орали друг на друга так громко, что даже не сразу обратили внимания на довольно уверенный стук в дверь.
— Что? — крикнул Илья раздраженно.
— Пиццу будете? — бодро поинтересовался за дверью голос его отца.
— Нет! — хором ответили мы.
— А если подумать?
Мы переглянулись.
— Вообще-то я голодная, — шепотом призналась я.
— Будем! — крикнул Илья.
— Ну тогда доругивайтесь быстрее и приходите.
Судя по звуку тяжелых шагов, его отец пошел куда-то вправо. Наверное, там была кухня.
Я медленно выдохнула и опустилась на пол. Желание орать пропало, зато накатила какая-то тоска.
— Мы совсем не понимаем друг друга, — горько сказала я и уткнулась в плечо Ильи, который сел рядом со мной.
— Мне кажется, это нормально для начала, — подумав, сказал он. — Будем пытаться как-то понимать. Кстати, поздравляю с первой ссорой!
Я фыркнула ему в шею, и Илья дернулся со смехом:
— Эй, щекотно!
Он перехватил меня, затащил к себе на колени, поймав в кольцо рук, и я затихла, со всех сторон окруженная его теплом и запахом.
— Я люблю тебя, — тихо признался Илья мне куда-то в макушку. — И ужасно боюсь потерять.
— Я тоже тебя люблю, — дрогнувшим голосом призналась я и неожиданно всхлипнула. — Но мне так не нравится, когда ты что-то от меня скрываешь. Я сразу начинаю думать, что ты мне не доверяешь.
— Я больше не буду, — торжественно пообещал Илья. — Особенно если ты постараешься видеть во мне меня, а не какого-то богатенького мальчика.
