– Если ты – Элька, то люблю. А если Дюшка – то… ну, как люблю, как друга! И вообще, я ж мутант. Мы любить не умеем, я тебе уже сто раз говорил. Варя Воронина так и исчезла – влюбилась – и куку! Ты же не хочешь, чтобы я тоже куку?
Эля не хотела.
– А как она исчезла?
– Да я ж рассказывал. Сидели мы в кафе. Я, она – рядом, Дюшка – напротив. Я просто так сижу, они друг на друга пялятся. Ну, вот она пялилась, пялилась, вдруг – бац! – и нет ее. Я даже сперва подумал, что это я ее убил нечаянно. Я ее в тот момент за руку держал. У меня потом из руки какая-то черная нитка тянулась, долго тянулась. Потом исчезла.
Эля напряглась.
– Про нитку ты не рассказывал.
– Ну да… Но это такая деталь. Несущественная. Вероятно, когда влюбившиеся мутанты исчезают насовсем, после них остаются нитки.
– Ризи, нет! Нет! Эта нитка… она… Она, может быть, имеет ту же физическую природу, что и…
– Что и что?
– Я не могу объяснить толком, я не разобралась в папиных формулах. Но папа описывал, что могут быть какие-то типа нитки, которые… Он их струнами называл. Но иногда нитками. Ты прочти лучше сам. Ты умный, ты больше меня поймешь. Держи!
Папину тетрадку Эля все-таки отдала Ризу, почти насильно. А свою взяла. Сказала, что там ничего интересного, никакой физики, одни сопли.
Диди.
В итоге Ризи и Элина решили, что Ризи пока не будет давать окончательный ответ ангелам о том, кто является Дюшкой. Но и в этом городе они оставаться не будут, а сбегут вместе. Ведь ангелы не требовали от Ризи никуда не уезжать?
– Значит, имею право на побег! – пошутил Ризенгри. – Погуляем по столице как следует. И в процессе точно выясним, что ты – Дюшка. Принято?
– Принято с одной оговоркой, – попыталась пошутить в ответ Элина. – Мы точно выясним, что я – не Дюшка!
– Ладно, давай не париться! Нас ждет самый веселый Новый год, какой только возможен на этой планете!
Маша смотрела на плотно завинченную крышку над головой, направляя на нее луч масляно го фонарика, и не верила своим глазам. Такого предательства со стороны Рино она не ожидала. Да, он не стал мутангелом, но… Но даже последние-распоследние сволочные мутанты не поступают так по отношению к… друзьям? Хм… Допустим, Рино Слунс не считает ее своим другом, но логически-то он рассуждать не разучился? Ему же должно быть ясно, что жить на необитаемом острове лучше вдвоем, а не… А не бросать подругу по несчастью на съедение Кротику.
– Трус несчастный! – в сердцах сказала Маша (голос у нее по-прежнему был осипший, но она не обратила на это никакого внимания). – Пригрезился ему за моей спиной монстр, так он дал деру, а то, что меня сожрут, ему пофиг! И как из него Янанна собирается сделать мутангела через несколько дней?!
Маша поставила фонарь на пол и стала подниматься по скобам. Может быть, ей удастся открутить крышку с этой стороны?
Подниматься было непривычно легко. Маша с удивлением обнаружила, что видоизменились пальцы не только рук, но и ног. Причем обувь на ногах осталась, но тоже изменилась, подошва теперь прикрывала лишь пятки и центральную часть, а длинные пальцы впереди торчали свободно. Маша карабкалась по скобам, инстинктивно цепляясь за железяки всеми четырьмя конечностями. «Чума! – подумала Маша. – Ладно, все это неважно, доберусь до первой же достроенной сокращалки – и дерну к Варе с Янанной, пусть возвращают меня в как было, а то что за дребедень?!»
Крышку отвинтить не удалось, с этой стороны ухватиться было не за что, а попытки пробить металл каменюгой ни к чему не привели. Да тут и динамит бы, наверное, не помог! Делать было нечего, пришлось вернуться к недостроенной сокращалке.
Знаков около нее было много. Маша присмотрелась: в основном незнакомые. Первый ряд только понятный, это предупредительные знаки о том, что входить нельзя, опасно, могут быть последствия…
– Последствия я уже поимела, – пробормотала Маша. – Пройденный этап… Дальше-то что делать?
За первым, предупреждающим, рядом начиналась целая вязь разных значков, как бы висящих на горизонтальных шпагатиках. Это был текст, но не такой, какие бывают в книгах. Текст был многослойный, и некоторые буквы или слова в разных слоях соединялись ниточками или чем-то вроде ниточек. Иногда соединялись целые блоки текстов. Какие-то фрагменты были выделены другим цветом. В некоторых местах зияли пустоты. Маша ничего, конечно, не поняла.
Стоять тут бесконечно и лупиться на паутину значков было еще бессмысленней, чем оставаться возле закрытого люка.
– Была не была! – произнесла Маша и еще раз просунула голову в сокращалку.
