Коридор, выложенный на стенах металлическими рейками впечатлял. Лампы дневного света, нескончаемой шеренгой тянущиеся по потолку слепили глаза. В зеркальном металле плыли искаженные силуэты, струились по стенам, по дороге теряя то голову, то тело.
Девушка шла, сверля спину бритоголового тяжелым взглядом и недоумевала: каких именно фокусов он от нее ждал? Или это была секретная фраза, без которой весь спектакль с нацеленным на нее автоматом терял смысл?
У двери с кодовым замком мужчина остановился. Привычно набрал комбинацию цифр, открыл дверь и призывно кивнул головой.
-Входи.
То, что Прима увидела, ей не понравилось. Сияла хирургической чистотой маленькая комната без окон, с большим столом посередине и стеклянными шкафами по бокам. Света было много. Много больше, чем требовалось для маленькой комнаты. Огромная лампа с фасеточными кругами зонтом накрывала половину стола.
Пахло медикаментами. Из общей смеси Прима смогла безошибочно выделить только одну составляющую - спирт. Рядом со столом, как логическое завершение кошмара застыли два человека в белых халатах. Их лица скрывали хирургические маски, но выражение глаз, одинаковое до странности, не сулило ничего хорошего. Закованный в латы стерильности, оттуда, из глубины окаймленных синими тенями глаз, на Приму пялился откровенный цинизм палачей.
-Как ты, Циркач? - спросил человек в белом халате, обращаясь к бритоголовому.
-Все в порядке.
-Хорошо. Тогда не будем терять времени. Раздевайся, - и черные немигающие глаза впились в Приму.
Она стояла, не шевелясь. Умом понимала, что произойдет дальше, но странное дело - страха не испытывала. Циркач сделал шаг, оказавшись к ней близко настолько, что она разглядела каждую морщину на его лице. Взмахнул рукой, торопясь привести приговор в исполнение.
-Я сама, - всего на секунду опередила Прима атаку хищных пальцев, на бреющем полете приближающихся к отворотам ее куртки.
-Давай, - сказал бритый и отступил. Наверное он хотел, чтобы слово прозвучало твердо и по-взрослому. Однако похотливые ноты растянули последнее “а”.
Нет, Прима не собиралась разыгрывать из себя героиню под дулом автомата. Весы, на чашах которых колебались непослушание и обреченная готовность плыть по течению, весьма ощутимо качнулись в пользу последнего.
Как только освободились руки, Прима заметила, как напрягся охранник. Автомат в его руке призывно нацелился ей в голову. Он зря волновался, ожидая он нее решительных поступков. То, что случилось вчера - позавчера? - скорее исключение, чем правило.
Куртка упала на скамейку раненной птицей. Вслед за ней скомканным ворохом полетели штаны.
Девушка стояла в чем мать родила, не пытаясь закрыться. Шаг вперед от шага назад отделяла тонкая грань. Она имела свой вес - восемь граммов. Страха не было. Чувство стыда заполнило все ее существо без остатка. Молнией ударило в голову, заставив кровь прилить к щекам, мгновенно растеклось по телу и ушло в землю, оставив после себя выжженную пустыню. Прима старательно сосредоточилась на мысли: а раздевалась ли она когда-нибудь перед мужчиной? И не смогла ответить на этот вопрос.
Тягостные мгновения, показавшиеся вечностью, прервал человек в халате.
-Прошу, - сказал он и похлопал рукой по операционному столу. - Циркач, помоги девушке.
Она не стала дожидаться, пока ее коснутся руки бритоголового, подошла к столу и села. Без дрожи приняла крепкое объятие, опрокинувшее ее на спину. Шею волчьим укусом сдавил стальной обруч. Прима глубоко вздохнула, услышав щелчок замка. Руки и ноги так знакомо стянули ремни. Сверху, заслоняя собой потолок, надвинулась лампа. На ее фоне бестелесными призраками двигались два темных силуэта. Кольнуло в руку и слабость, разлившись по телу теплой волной, заставила Приму закрыть глаза.
-Ну вот, - услышала она. - Заснула. Пульс шестьдесят, давление в норме. Зрачки… на свет не реагируют.
-Хорошо. Я боялся, что с этим возникнут проблемы.
-А мне наоборот, кажется, что вся эта инфа - сплошная деза.
-Вот и посмотрим. Кровь взял?
-Прости, перебью, - раздался голос, в котором Прима узнала голос Циркача. - Точно все в порядке?
-Точно тебе говорю. Наслушался тут вас. Вкатил ей на всякий случай…
-Десять минут у меня есть?
-Даже пятнадцать, - послышался короткий смешок.
-Понял. Тогда мы выйдем перекурить. Пошли, Хамер.
Открылась и закрылась входная дверь. Установилась тишина, которую тревожили стеклянные звуки и близкое дыхание одного из докторов.
-Начнем с термического ожога. Подключай пока электроды к лобной доле. Прокатим по полной программе.
-По полной? А если коньки отбросит?
-Тогда ты прав, и нам попросту слили дезинформацию. И цена всем этим опытам - копейка. И то, в докризисную эпоху. А девчонка… считай, пострадала для науки.
Прима ощутила как к голове что-то прикрепили. Потом обожгло руку, чуть выше локтя. Она не дрогнула: боль была терпимой, словно доходила до нервных окончаний окольными путями, слабея по дороге.
-Видишь? Реакция есть, но крайне слабая.
-Вижу. Подключай аппарат. Сейчас все станет ясно. Готов?
-Всегда готов.
