- Черт бы их подрал, - пробубнил Дэйн зло; его глаза недовольно сверлили схематичные линии и ряд сложных обозначений, - они собираются расширять Уровень, засылать сюда новых солдат, но пока не собираются строить дополнительные казармы. Чем думают вообще?
- Грин подавил восстание в четвертом секторе?
- Да, прислал отчет час назад, но народ недоволен. Никто не хочет делить свой жалкий квадратный метр еще с одним ссыльным. Их и так по шестнадцать человек в спальне, а если добавить еще столько же... Все злы, как псы.
Лагерфельд вздохнул. Больше солдат – больше лечить. А если не предоставить для этого новых условий и работников, жизнь, в обозримом будущем, станет на порядок труднее. Действительно, чем думают наверху?
- Я бы тоже был зол, если бы воевал с утра до ночи, а потом не мог протиснуться ни в душевой, ни к собственной кровати. Понятное дело, что они заключенные, но условия их содержания все равно должны быть соответствующие. Может, - доктор запнулся и неуверенно взглянул на руководителя Уровня, - обсудишь это с Дрейком?
Эльконто хмыкнул.
- Думаешь, он не найдет объяснения? По его важножопому мнению, все как всегда окажется продумано, обосновано и логично. Только бунты он не учел. Это же не люди – это псы. Они не убивают друг друга только потому, что кое-как стерпелись, свыклись друг с другом. Ты же знаешь, как относятся к новичкам?
Стив кивнул.
- А если этих новичков окажется слишком много…
- Вот и я о том же. А новые казармы они строить пока не планируют. Мол, потом.
- Блин, вот дерьмо-то. – Док позволял себе ругаться, только тогда, когда был действительно раздосадован. - Скоро все мои коридоры и морги будут завалены телами. Частично живыми, если повезет.
- Хочешь сам поговорить с Дрейком?
- Он расскажет мне, то же самое, что и тебе.
- А я-то надеялся…
Эльконто бросил карандаш, который держал в руках, на карту – тот прокатился несколько сантиметров и застыл; на новые территории, обозначенные пунктиром, пала такая же, как и от остальных предметов, резкая тень с острыми краями и вытянутым носиком.
- Надо с этим что-то делать. Одно восстание тянет за собой другое, когда они поймут, что срывать зло друг на друге, недостаточная мера, то придут за тем, чтобы резать глотки нам – их руководству.
- Ты шутишь?
- Увы. – Судя по выражению лица, Эльконто действительно не шутил. – Надо сказать Грину, чтобы усилил охрану бункера и портала. Нельзя допустить, чтобы солдаты решились пойти наружу.
- Там их убьют.
Дэйн какое-то время молчал, обдумывал сложившуюся ситуацию и возможные выходные последствия.
- Да, если только у них на руках не будет козырей.
- Ты о чем?
- Пока ни о чем. А ты зачем пришел, док? Хочешь постоять снаружи или больные кончились?
- Вообще-то, кончились. Минут на пять. Но пришел я не за этим. Ты уже слышал, что через три дня всех наших отправляют на задание?
Эльконто оторвался от изучения карты и нахмурился.
- Всех?
- Да, всех, кроме нас, понятное дело. Кто будет смотреть за госпиталем и штабом?
- И далеко отправляют? Надолго?
- Точно не знаю. Суток на трое. Опять прикрывать какую-то дыру в пространстве…
- Как зимой, что ли?
- Да, только зимой из нее так никто существенный и не вылез, а тут все, вроде как, хуже.
- Чертова Комиссия.
- Согласен. Но речь не об этом. Наши в пятницу собираются в баре – по традиции выпить, посидеть…
«Проводить» - они никогда не произносили это слово вслух, но всегда имели его в виду. Не приведи Создатель, конечно, пусть все вернутся живыми и здоровыми, но знать наверняка не дано никому, поэтому ребята предпочитали, все же, посидеть вместе «до». Пообщаться, посмеяться, пожить.
- Ты будешь? Ты ведь уже не обижаешься на них?
Эльконто не стал отвечать, что как только ему в голову пришел великолепный план мести, он тут же перестал обижаться на кого бы то ни было.
- Конечно, буду. Как я могу пропустить?
За мерным гудением кондиционера, шуршанием карт и разговором, ни Дэйн, ни Стив не могли знать о том, что по ту сторону приоткрытой двери, опасаясь дышать и шевелиться, притаился, обратившись в потную статую, Джон Грин, единственной задачей которого было распознать каждое сказанное в штабе слово и запомнить его.
*****
Ани приходила сюда уже в третий раз.
Обычная улица – обшарпанная и неприветливая: высотки, пожарные лестницы, пыльные окна, мусорные баки в узких проходах. Почти полное отсутствие магазинов, редкие в дневные часы прохожие. Если свернуть после восьмиэтажного блочного здания направо, там будет еще одна, похожая на эту улица, а вдоль нее еще одна - такая же пустынная, неприветливая,… обычная.
Почему? Почему ей все казалось здесь странно и смутно знакомым?
Она нашла этот квартал несколько дней назад, когда гуляла. Подобные прогулки Ани в последнее время совершала часто – пыталась выбирать незнакомые направления, исследовала аллеи, бесцельно бродила вдоль проспектов, часто сворачивала, куда глаза глядят, шла по наитию.
И вот, в конце концов, нашла этот район.
