Не ной. Представь, что сейчас творится там, куда этого служителя религиозного культа занесло!
ДЕМИУРГ.
Ха-ха-ха!
ГОЛОС 1.
Стоять на месте!
БИОКОРРЕКТОР.
Кастраторы!
ДЕМИУРГ.
Бежим!
ГОЛОС 2.
Я вам сбегу!
БИОКОРРЕКТОР.
Ой! Нос!
ДЕМИУРГ.
Ай! Ухо!
ГОЛОС 2.
Как они нас обозвали? Кастраторами?
ГОЛОС 1.
Да.
ГОЛОС 2.
Надо же! Каких только прозвищ мы не получали, но «кастраторы» — уму непостижимо!
ГОЛОС 1.
Сейчас они узнают, кем быть лучше: «кастраторами» или жертвами своего тупоумия!
ГОЛОС 2.
Ну-ка, негодяи, признавайтесь, кто придумал нам такие прозвища?
БИОКОРРЕКТОР.
Анчоус с двадцать третьего курса.
ГОЛОС 1.
Какой анчоус?
БИОКОРРЕКТОР.
Я не знаю, как его зовут, господин космократор. Этот курс занимается изучением водных форм жизни. А ученик по прозвищу «Анчоус» ростом самый маленький из них.
ГОЛОС 2.
Я понял, о ком он говорит. Найдем этого юмориста…
ГОЛОС 1.
Так. Марш отсюда в интернат! Там будем разбираться в ваших художествах!
БИОКОРРЕКТОР.
Да, господа космократоры!
ДЕМИУРГ.
Слушаюсь, господа космократоры!
КОСМОКРАТОР Д.
Надо же — «кастраторы»! Как там нас раньше обзывали?
КОСМОКРАТОР Б.
Казнократорами, кратохрюкерами, космидиотами…
КОСМОКРАТОР Д.
Достаточно! Никакой благодарности от молодежи! Трудишься, даешь им знания, а они издеваются!
КОСМОКРАТОР Б.
Так всегда было. И будет. Причем, у любой формы жизни во Вселенной.
КОСМОКРАТОР Д.
Что же вы, биоконструкторы, биокорректоры и так далее, не чешетесь? Пробел в вашей деятельности.
КОСМОКРАТОР Б.
Ничего подобного! Неблагодарность к наставникам проистекает из скотских форм материи, производимой именно вами, демиургами. Кто же виноват в том, что за миллиарды лет вы не научились делать материю тоньше и благородней. Или создали бы какой-либо новый ее вид…
КОСМОКРАТОР Д.
Ну вот, опять тебя понесло в непролазные дебри! Хватит об этом. Хорошо хоть вовремя спохватились. Когда первый раз появилось это недоразумение с козлиной бородой в смердящем дерьмом кафтане, я проникся подозрением. Но подумал, что это явление случайное. Но когда возник этот толстопузый индивидуум, на теле которого из одежды присутствовал только массивный крест, висевший на золотой цепи, я понял, что это чьи-то пакости!
КОСМОКРАТОР Б.
А ты помнишь выражение его лица?
КОСМОКРАТОР Д.
Я его никогда не забуду! Он, наверное, решил, что попал в рай.
КОСМОКРАТОР Б.
Еще бы! Влететь в женскую раздевалку бассейна! Вот засранцы! Это они так шутили над своими сокурсницами. Мне даже попа этого жалко стало. Людей же создавали по своему образу и подобию. А получилось — как всегда. То особенности планеты наложили свой отпечаток, то ограниченность всунутого в их головы интеллекта, а еще — родственные браки… По сравнению с людьми, каждая из наших девушек — богиня.
КОСМОКРАТОР Д.
Потому поп и сдурел. Начал гоняться за прекрасными телами. Ха-ха-ха! Вот учудили, негодяи малолетние!
КОСМОКРАТОР Б.
Да уж. Мы в свое время с тобой так не играли. Мы не использовали места́ структурных соединений материи. Люди строят там храмы, не подозревая, где могут оказаться…
КОСМОКРАТОР Д.
Потому и строят, что подозревают. Кстати, а что стало с козлобородым и попом?
КОСМОКРАТОР Б.
Первого мы отправили сразу же туда, откуда он прибыл. А вот со вторым, с попом этим, у которого крест на животе, неувязка вышла. Пока девушки его связали (здоровым оказался как хряк), время открытия портала прошло. Пришлось его отправить обратно со следующим циклом. Вот только где он оказался — неизвестно. Да и во временном отношении вряд ли попал в свою эпоху…
КОСМОКРАТОР Д.
Нужно было этого любвеобильного попа в чан с протоплазмой определить!
КОСМОКРАТОР Б.
Нельзя. Зачем тогда людей создавали?
КОСМОКРАТОР Д.
А исправить?
КОСМОКРАТОР Б.
Как же, исправишь его… Такие особи, знаешь ли, обладают неистребимой способностью к размножению.
КОСМОКРАТОР Д.
Вот так у вас всегда. И все на нас, демиургов, стрелки переводите.
КОСМОКРАТОР Б.
А помнишь, как я у тебя все время выигрывал?
КОСМОКРАТОР Д.
Еще чего? Да ты мне дул на середине каждого второго кона!
КОСМОКРАТОР Б.
Как же! Может, я не прошел Фермопилы?
КОСМОКРАТОР Д.
Еще бы не прошел! Ты купил подлого предателя Эфиальта, и тот провел персов горной тропой! Если бы не это — мои спартанцы никогда б не пропустили врага!
КОСМОКРАТОР Б.
А в случае при Каррах?
КОСМОКРАТОР Д.
Конечно! Если бы по твоей прихоти парфяне не убили подло Марка Красса во время переговоров, то неизвестно, чем бы все это закончилось!
КОСМОКРАТОР Б.
Но в итоге выиграл кто? Я!
КОСМОКРАТОР Д.
Грош — цена таким победам… Кстати, твои ходы всегда были подлыми!
КОСМОКРАТОР Б.
Игра, как, впрочем, и война — не терпит благородства. Иначе это будет не игра, а театральная постановка, этакая эрзац-жизнь…
КОСМОКРАТОР Д.
Кстати, помнишь тот случай, когда ты какого-то нищеброда обеспечил тридцатью серебренниками? По-моему, его звали Иудой.
КОСМОКРАТОР Б.
Помню. Тогда твой учитель жизни никуда не прошел и выиграл я.
КОСМОКРАТОР Д.
А вот и нет. Учитель не прошел, а учение его захватило весь мир! Так что можно засчитать победу мне. По итогам, так сказать, времени…
КОСМОКРАТОР Б.
