– Обиделась, – констатировал Олег.
Она отрицательно покачала головой.
– Вспомнила кое-что важное! Ты же говорил, что сам нашел Юрьянса в сети и написал ему, – быстро, как назойливый телеведущий, произнесла журналистка.
– Ну да.
– Когда конкретно это было? – Мила от волнения невольно вцепилась в его руку.
Лалин задумался, а потом назвал дату.
– Письмо от него мне пришло раньше! – объявила девушка и вскочила с места. – Выходит, я ошиблась, и ты ему не нужен…
– Может быть. Ты что, только и делаешь, что думаешь об этих людях?
– Ну да, – улыбнувшись, подтвердила она.
– Забудь о них хотя бы на эту ночь.
Он уже снова целовал ее в шею, лаская здоровой рукой волосы за ухом.
–Тебе придется очень постараться, чтобы я о них забыла на целую ночь… – пошутила она.
– Я постараюсь, – ответил Олег шепотом ей в губы.
Свободной рукой стянул с ее волос резинку, и они упали темной волной на плечи. Так она стала еще красивее. Бывшие супруги принялись жадно целоваться, когда раздался негромкий стук в дверь.
– Олег, откройте, это Элина…
Мила, поглядев на Лалина, как кошка, зло сощурила свои черные колдовские глаза.
Теплый ветерок из приоткрытого окна шевелил голубой узорчатый тюль. Солнце нарисовало на полу кухни очертания этого самого окна, и в самом его центре вальяжно растянулся котенок Мишка. Дремал, прикрыв свои зеленоватые глазищи, но время от времени поворачивал ухо в сторону расположившихся за столом людей – контролировал ситуацию. И, как оказалось, не зря. Давно что-то никто не затевал политических споров. Исправил эту оплошность, к неожиданности остальных, Ивар. Мальчик где-то прочел, что Латвия входила в состав Российской Империи, и за завтраком расспрашивал об этом у отца.
– Это что значит, что наша страна, как Крым, раньше тоже принадлежала России? – поинтересовался ребенок.
При слове «Крым» Мила застыла в напряжении, ожидая очередной перепалки.
– Не совсем, – стал пояснять Виктор. – Частью России тогда были Видземская, или Лифляндская губерния, Латгалия, и Курляндское герцогство. Однако, по сути, Лифляндской и Курляндской губерниями правили немцы. Россия признавала права немецкого дворянства на этих территориях и придерживалась принципа непрямого управления.
– Ого, а откуда ты все это знаешь? – округлил глаза мальчик, прихлебывая чай.
– В университете рассказывали, – улыбнулся в ответ отец. – Исправишь оценки, и у тебя тоже появится шанс когда-нибудь туда поступить.
– Ой, да ладно, сейчас оценки не важны, главное деньги, – вставила Элина.
На это Виктор ничего не ответил.
– Как-то все запутано, – сделал вывод Ивар, возвращаясь к волнующей его теме. – Так могут нас снова присоединить к России или нет?
– Латвия была под немецкой короной и в состав Российской Империи попала, когда Россией правили немцы. С концом Империи права на Латвию русским не перешли, – заметил Юрьянс-младший.
Такое пояснение задело Лалина.
– Хм, ну если учесть, что, по сути, Россия тогда купила эти территории, то чем черт не шутит, – усмехнулся Олег. – Бирон же отрекся от престола в пользу Российской Империи за два миллиона рублей и какую-то там ежегодную пенсию15. Да, и когда, простите, Россией правили немцы? Если что, я тоже университеты оканчивал.
Мила буквально буравила его взглядом, умоляя замолчать.
– Вы еще про излюбленную у прибалтов тему «оккупации» ему расскажите. Там же у вас какая-то комиссия собирает сведения об ущербе, нанесенном Латвии при СССР, – не унимался Олег.
Но Юрьянс-младший, кажется, еще никогда не был настолько тактичен.
– Две части куплены Россией за деньги, одна получена в итоге признанного всеми державами договорного процесса. Какая оккупация? При СССР Россия просто вернула себе незаконно потерянные территории. Любому здравомыслящему человеку понятно, что это бред, – произнес Виктор.
Удивил его ответ не только Олега, но и Милу. Неужели ярый русофоб Юрьянс-младший действительно так считал? Похоже, он с чего-то вдруг самовольно наступил на горло собственной песне, и все неудобные моменты разговора обходил, как острые углы. Девушка поймала его взгляд, в котором не было ни толики насмешки или издевки. Может быть, Виктор молчит ради нее? Не желает вступать в конфликт с Олегом или не хочет портить с ней отношения? Как бы там ни было, Мила была ему благодарна за это.
– А он умеет удивить, – позже заметил Лалин, когда они с Милой шли к машине. – Я когда сказал про купленные территории, думал, сейчас крик поднимется аж до пены.
Журналистка промолчала, подумав о том, как все же любят мужчины друг перед другом мериться всякой чепухой по делу и без. Смешно, но порой до драк доходит. Ее интересовало несколько иное.
– Так чего она хотела? – спросила Мила, устраиваясь за рулем автомобиля Олега.
Он понял, что она имеет в виду вчерашний визит Элины. Сам Лалин уже сидел рядом на пассажирском сидении. Молодые люди собрались в Резекне, чтобы погулять по городу и, кроме того, журналистка хотела навестить Машу. Они решили, что пора уезжать домой, тем более что материал, ради которого Мила приехала в Латвию, был уже готов.
