Бригита приглашала пойти в местный музей. Я поставила для неё третью чашку и увидела, как она крутит в руках... сувенирный кораблик, в который волшебным образом превратился воздушный "змей".
В начале ноября погода удивляла; двадцать градусов тепла и голубое, ясное небо и даже деревья - одни как бы растерявшись, остались в зелёных нарядах, а другие быстро сбросили пожелтевшие листья. И я осмелилась взять отпуск, и отдохнуть на берегу Северного моря.
Прямой, как стрела, автобан привёл меня к живописному приморскому городку "Norden" (Север). Гостевой домик, в котором я поселилась, находился на улице "Nord Stern" (Полярная звезда), а к ней примыкала "Nord Licht" (Северное сияние).
Солнце, будто обрадовавшись новому отдыхающему, засветило, как мне показалось, ещё ярче, а на берегу моря было так тепло, что пришлось снять куртку.
Морская гладь встретила полным штилем. Невольно вспомнился великий путешественник Фернан Магеллан, который за всё время плаванья по Тихому океану не попал ни в шторм, ни в ураган, и поэтому нарёк его Тихим, и на все века заставил удивляться потомков столь противоречивым названием.
На прибрежной зелёной лужайке многочисленные любители воздушных "змеев" управляли своими изделиями, а они, яркие, разнообразных форм и расцветок, парили так высоко и грациозно, что заставляли залюбоваться ими.
Огромная бабочка, с фантастически красивыми крыльями, чуть не коснулась меня, а затем плавно взмыла ввысь, возвращая и меня в далёкое детство, в котором я бежала за прекрасной жар-птицей, сделанной из подручных материалов моим отцом и так же легко парившей в почти такой же, но среднеазиатской небесной сини, и над почти такой же зелёной травой.
До самого позднего вечера солнце цеплялось за море, неохотно погружаясь за горизонт, и огненная дорожка, протянувшаяся от него по неподвижной воде, казалась золотой, и мне подумалось, что по ней можно дойти до самого светила.
Следующий день встретил меня так же приветливо. Дул приятный, чуть колыхавший волны, свежий ветерок, и воздушные "змеи", всё также парившие высоко и выделывавшие всевозможные пируэты, будоражили сознание. Чайки притихли...
Прогулочная аллея привела к пирсу с пришвартованными к нему кораблями. Их было много - и больших, и маленьких. Белоснежное судно доставило к материку туристов, которые посещали один из островов в открытом море и я решила следующим утром тоже совершить маленькое морское путешествие.
После обеда вдруг всё окуталось туманом. Стало ясно, отчего взгрустнулось чайкам. Но у меня имелся выбор и я пошла в сторону многочисленных сувенирных магазинчиков и лавок.
Утром следующего дня выход в открытое море на кораблике пришлось отложить на неопределённое время. Видимости, практически, не было никакой. Я будто находилась в белом коконе, через который едва проглядывала кромка берега. Море, укутанное бело-серым "одеялом", продолжало спать.
Неожиданно появившиеся в сизой дымке, курлыкающие журавли, белые, как призраки, летели в только им известные дали, и я, завороженная столь необычным зрелищем, едва успела запечатлеть их на камеру прежде, чем они исчезли в пелене тумана...
- Вот же не повезло, не успела сделать фотку, - услышала я реплику и оглянулась. Рядом стояла молодая женщина с фотоаппаратом в руках.
- А я вас узнала! Мы ведь живём в одном домике, - приветливо обратилась она ко мне. Так я познакомилась с Бригитой.
Вредный туман решил испортить настроение отдыхающим надолго, так как и на следующее утро, он закрыл почти всё, что можно было видеть из окна домика.
Но неугомонной Бригите он, видимо, не казался помехой и она уговорила меня прогуляться.
Вскоре мы спускались с заградительного вала к морю. Холодный, порывистый ветер заставил одеть капюшоны и спрятать руки в карманы.
На прибрежной аллее никого кроме нас не оказалось, так как погода явно не благоприятствовала прогулкам.
Озябнув, я собралась уже возвращаться в своё тёплое временное "гнездышко",
но почувствовала, что кто-то тянет меня за рукав. Это Бригита, приложив палец к губам, показывала в сторону лужайки, на которой я по-приезду, любовалась воздушными "змеями".
Теперь же над зелёной травой завис один, но очень большой "змей", похожий на правильный многогранник, окантовка которого чуть подсвечивалась голубоватыми огоньками. В какой-то миг ледяной ветер вдруг прекратился и всё замерло. Лишь чайка, сидевшая на шесте с указателями направлений, гортанно закричала и улетела прочь.
"Змей" плавно опустился на землю и от него отделились три фигуры, которые стремительно приближались к нам. Это были ничем особо не примечательные две женщины средних лет и пожилой мужчина. Какая-то сила сковала нас и заставила только смотреть. Они подошли к скамейке, стоящей неподалёку. У каждого из них в руках было что-то, похожее на сумку.
Вдруг таинственные незнакомки начали спешно переодеваться, а мужчина спустился к морю по бетонной лесенке, у которой случайно оказались и мы. Теперь можно было разглядеть его лицо, испещренное глубокими морщинами.
Он опустил руки в чуть колыхающуюся воду и через несколько минут вернулся к спутницам, а потом мы увидели, как загадочная троица, облачённая в костюмы для подводного плаванья, медленно шла по отмели, пока белая стена тумана не поглотила её.
