Выпускаю усиленную молнию. Щит у удирающих мигает и пропадает. Но тут же восстанавливается снова. Задержка в полсекунды, не больше. Мда. Амулетами они снабжены очень неплохо.
— Оль, отсюда «сон» накинуть сможешь?
— Нет конечно! Ты что? Расстояние было бы раза в два меньше — я бы подумала. А так — точно нет. — У девушки просыпается азарт. Но в тоже время она видит, что мобиль по чуть-чуть, но убегает. — Макс, мы что, их так просто отпустим?!
— Не знаю. Остановить их мы с тобой на этой скорости не можем, получается. Так-то я могу снять щит и ударить той же молнией. Повредить их машину, мне кажется, смогу. Но выживут ли злодеи я не знаю. На этой скорости мобиль перевернет не раз, — киваю на безопасника, — может что-нибудь с ним сделаешь, что бы он пришел в себя? Он как-то в этих товарищах заинтересован теперь тоже лично. Может у него есть что-нибудь, чем мы сможем злодеев задержать? Но ты не переживай, точно не отпустим.
— Могу только восстановление бросить, — я киваю. — Он же не без сознания, у него там что-то происходит. Я не хотела бы вмешиваться. Мы, целители и менталисты, традиционно друг друга не очень любим. И мое вмешательство может нарушить какие-то их процессы, я не очень близко знакома с этими магами. Их, в приличном обществе вообще стараются игнорировать.
— Почему? Они же вроде довольно сдержанные люди, и для государства полезные, — удивляюсь.
— Сказал парень, только что пострадавший от экспериментов такого «полезного» человека. — Усмехается девушка.
— Справедливо, — смеюсь.
— А если серьезно, — девушка кастует в безопасника восстановление. — Макс, они умеют контролировать свои эмоции. То есть не заглушать, а именно контролировать — то есть в любой момент времени выдадут то, что нужно, а не что чувствуют, и это на самом деле так. Они могут прочитать твои мысли, в виде образов, но довольно точно. Они могут влиять на твое состояние, брать тебя под контроль, тонко склонять на свою сторону, и ведь никто это не может проверить! Конечно их боятся. Это нормальная реакция. Да, еще забыла — они все фанаты разума, и постепенно, чем старше становятся, чем опытнее — тем они холоднее. Вот только и узнать это становится все сложнее и сложнее. Они хорошо маскируются. Твоя ситуация, для менталистов, вообще-то обыденность. Свободных магов на подобных, а то и еще худших экспериментах, ловили неоднократно. Поэтому уже лет двадцать они под очень плотным контролем самого Государя. Нет, Макс, никому не спокойно рядом с ними.
— Интересно, — не сильно по этому поводу переживаю, но хотя бы теперь понимаю реакцию окружающих на безопасника. И на Матвея, опять же. — Получается, что там, в кибитке впереди, едет коллега нашего Степанова?
— Нет, Макс, там точно свободный маг. Никогда члены этого Ордена, а они на самом деле члены организации, которая больше напоминает Орден магов, с Государем во главе, не воевали друг против друга. Это менталист, и точно условно свободный маг, или просто свободный, но тогда у Степанова и его службы проблема.
— Пояснишь? Мы теперь часа два можем напрямую ехать, — отвечаю на вопрос взглядом Ольги, — Ни мы догнать, ни они сильно оторваться не могут. Так, понемногу. Если будут уходить — убьем — на это моих сил хватит, проверено. И я за этим слежу. Но пока, ждем пробуждения.
— Спасибо, Макс. — Ольга серьезно смотрит на меня. — Мне это было важно услышать.
Собирается с мыслями.
— Макс, это общеизвестная информация.
— Ну я в библиотеке ничего про них не слышал и не читал практически.
— В библиотеке, — хмыкает девушка, — в библиотеке ничего и не будет. Там информацию дают дозированно. Но ладно. Это больше слухи конечно. Но основное, что я про них слышала, сейчас расскажу, раз мы теперь в ожидании. Эти маги — редки. Это важно, они встречаются даже реже целителей. Нужна некоторая предрасположенность. Как и на целителя, но мы все же ближе к человеческому, природному, так что нас побольше будет раз в десять. А если брать обычных магов — то раз в сто. Так что грубо один менталист на сотню обычных магов. А может и больше. Существуют грубо, три категории менталистов. Первая — это те, которые проходят их школу и дополнительное внутреннее обучение, и становятся членами Шестой Тайной Экспедиции, это как раз вроде как Ордена. Кроме них есть маги попроще, по каким-то критериям, они никогда не распространяются каким, не подошедшие — те становятся государственными служащими, серьезными чинами в полиции и так далее. А вот теперь внимание. Есть маги, которые заканчивают обучение только после их школы — обычно это выходцы из Родов. У нас тоже таких двое в главной ветви советниками. Их вяжут клятвами, и вроде как отпускают. Приглядывают конечно, но так, вполглаза. Они работают обычно на Глав Родов. Слишком они хороши в советниках. Там буквально очередь из желающих.
Степанов как-то всхлипывает, Ольга оборачивается, а я и так чувствую, что у него изменилось сердцебиение, и он постепенно вроде бы начинает приходить в себя.
— Ну вот, сейчас вернется к нам, — флегматично констатирует девушка.
— И третья категория…
— А, точно. И третья категория…
