Смотрю на формирование новых конструктов. Видно довольно неплохо и общая картина понимается быстро. Эта группа уже начинает действовать сообща. И пока один формирует воду, другой должен будет пустить волну холода, третий не дать мне отреагировать с помощью молний, а еще один вытолкнуть из равновесия, где уже вчетвером и добить. Идея хорошая, но молния в мага воды в момент формирования, сбивает каст. Маг не успевает отреагировать. Минус один. Резкий рывок Подшаг под технику и перенаправление молнии во мага с воздухом. Минус четвертый и почти сразу же третий. Конус холода пропускаю рядом, опять рывок, и еще одна кукла падает на песок арены.
— Неплохо. Но вы же понимаете, Рысев, что в реальной жизни настолько очевидных ходов вам никто не оставит. — Киваю. Это понятно, но я сейчас не в бою, а просто тренирую тактику. Причем, с простейших схем. Это даже обговаривать смысла не имеет, да Кошкин и сам это видит. — Впрочем, я сейчас не за этим. В лицей, к вам, прибыл посланник Государя. Нужно незаметно выходить. Вы тут вторые сутки, насколько я знаю, и вас никак не могут найти уже пару часов, а посланника ждать заставлять не принято. Сейчас около Полигона никого нет, это довольно точно, так что давайте поторопимся.
— Господин Рысев? — в приемной ректора меня ожидает, и похоже уже не первый час, человек в синей форме.
— Да, это я, — протягиваю браслет для опознания.
— Фельдъегерская служба Его Императорского Величества, — представляется в своем роде военный. Быстро подтверждает, что я — это я, и протягивает мне небольшой тубус. — Вам депеша. Извольте получить.
Расписываюсь в протянутой бумажной ведомости. Военный параллельно быстро что-то отмечает в своем амулете. Откланивается, и тут же уходит. Никакого промедления.
Открываю.
Спокойным сухим языком в трех предложениях указано место аудиенции, ее время и форма одежды. Подписи тоже, кого-то из секретарей. Возможности отказа нет, и это естественно. Возможности связаться — тоже. То есть, неявка признается, похоже, только если мертв. Забавно, но в общем, ожидаемо.
— Через пять дней нужно явиться в Новгород. На аудиенцию к Государю. — Отвечаю на немой вопрос Кошкина и нового ректора. С Жанной Аркадьевной я успеваю поздороваться при входе к ней в приемную. — Форма одежды — парадная лицейская. У нас такая есть?
— Есть, у Володимира Моисеевича получишь, — задумчиво говорит Жанна Аркадьевна. — Мне что-нибудь по этому поводу знать нужно? — кивает на депешу.
— Сомневаюсь, — качаю головой. — Я так понимаю, что это не очень лицей затрагивает. Разве что самым краешком.
— Борис Васильевич, вы проследите? — ректор смотрит на Кошкина. — Из наших учеников на аудиенцию к Императору никого пока не приглашали. Не хотелось бы мне какого-нибудь конфуза.
— Конечно, Жанна Аркадьевна, — кивает Кошкин. Поворачивается ко мне. — Пойдем?
Киваю. Прощаюсь с ректором и иду за учителем на улицу.
— Михаил Александрович не любит неуверенности, это не про вас, конечно, но просто знайте, — бросает косой взгляд на меня. — Опозданий — тут понятно и без объяснений, и восторженного почитания. Это его раздражает.
Пожимаю плечами.
— Кроме опоздания, все остальное меня мало заботит. Да и опаздывать я не собираюсь. А откуда вы знаете, о Государе? — мне действительно любопытно.
— В некотором роде мы его родственники, дальние, конечно же. — Поясняет Кошкин. — Так что некоторый опыт общения у меня был, пусть и в детстве. Я вас не смогу сопроводить, Максим. Есть некоторые ограничения на мое появление в Столице. Поэтому сопровождать вас в городе я не смогу, это так. При этом, искать где остановиться, и как добраться до дворца вам не придется. Там же вы познакомитесь со своей учительницей танцев и этикета. Эльвира Леопольдовна еще моего отца учила. За четыре дня вы, безусловно, много у нее не почерпнете, но для четверти часа у Императора может хватить. И выезжаете вы уже сегодня, Максим. И не спорьте.
Ну, мой вздох можно интерпретировать и так. Но да, отдохнуть я хочу после Лабиринта. Хоть тело вроде и не устает, но разум все же уже перегружен. Хочется просто поспать. А если ехать сегодня, то поспать получится не скоро, или очень неудобно.
— Зачем так рано-то? — удивляюсь. — Пять дней — это много. До Орши часов пять, и там еще от силы полдня на дирижабле. Всего-то.
— Вы неправильно считаете.
— Почему?
— До Орши действительно вы доберетесь часов за пять. Тут все верно. Но своим дирижаблем вы не полетите, вы же на это рассчитывали?
— Да… — немного удивляюсь.
— От Орши вы уйдете порталом в Новгород. Там с нами встретится мой доверенный человек и он же будет вас сопровождать до дворца Императора через пять дней. Я должен быть уверен, что вы попадете на аудиенцию.
— Да я и сам наверняка добраться могу.
