В моем мире дочь лишь разменная монета отца, который определяет, как выгоднее для семьи ее пристроить. И все бы ничего, но над моим происхождением довлеет тайна, и поэтому с недавних пор путь в жены мне отрезан. А значит, выбора нет, и я стану покорной игрушкой какого-то лорда. Смириться и ждать милости? Нет, я так не смогу. Принять предложение или бежать без оглядки? И все бы ничего, но тянущая от сердца ниточка вдруг обрела цвет, а значит моя судьба рядом. Вот только кто он? И как не ошибиться в выборе, когда времени на раздумья нет?
Взъерошенный, разозленный кесериец стремительно прошагал по кабинету прямо к бару. Открыв его, вытащил бутылку, и налив в бокал бордовой жидкости в один глоток осушил. Покрутил в руках бутылку, словно раздумывая налить еще или уже выпитого будет достаточно. Решив, что недостаточно, снова наполнил бокал, опустошив его в несколько глотков. Так и не получив ожидаемого успокоительного эффекта, зашвырнул бокал в стену. Послышался звон разбитого стекла. Мужчина устало опустился на пол и прикрыл глаза, пытаясь взять под контроль эмоции.
Недавно разбуженные эмоции, что сейчас возмущенно кипели в его душе, делали его неожиданно уязвимым. Скажи ему раньше кто, что он сможет отвернуться от данного самому себе обещания, он бы смыл нанесенное оскорбление кровью. А теперь оскорбление смывалось темно-красной жидкостью, каплями стекающей по стене.
«Почти как кровь Кэт… Выдать бы замуж эту девчонку до того как сделал ее своей ильми», – тяжело вздохнул он, возвращаясь к тому дню, когда сделал эту непоправимую ошибку разбудившую что-то дикое и необузданное в его душе. Что-то совершенно не поддающееся контролю. Что-то заставившее его сегодня отступится от всех принципов.
Чья жизнь важнее неизвестной девушки, проданной своей же семьей, или маленького мальчика, к которому за короткий срок пребывания на «Неуязвимом» он прикипел всей душой. А с недавних пор, когда мальчик стал оттаивать, он всерьез задумался над тем чтобы сделать его своим наследником.
«Мелкий ублюдок, лабораторный выкормыш, навязанный девицей и его ты хочешь сделать наследником высшего рода?», – возмущенно кипел узнавший, что он оформляет полноценное отцовство, Бруиант Феиде.
Маленький беззащитный потерянный мальчик, считающий себя монстром, таким и он был когда-то. Тогда, когда его лишили единственного родного существа – матери. Глава Совета, имевший несчастье по совместительству быть и его отцом, с какими чувствами по отношению к сыну не заморачивался. Дежурные фразы: «Ты должен быть самым лучшим», «Не подведи меня, сын», «Ты меня разочаровываешь», вот и все к чему сводилось его воспитание. И этот же отец только что озвучил ему варианты: либо он женится и обеспечивает законного наследника, либо папаша забирает Бодю на Кесерию и воспитывает его сам. И все бы ничего только для того, кто никогда не был на планете излучение ее спутников Ареда и Греда смертельно опасно, и справиться ли с ним организм мальчика неизвестно. А проверять… Нет, он не рискнет.
Вызов с дейча отвлек от пустых, бесполезных размышлений.
– Сирейк?
– Рейс, ты мне нужен в секторе Кви-15. Там засекли корабль риялзов, а я…, – неуверенно замялся его собеседник, пытаясь подобрать слова.
Это было так непохоже на вечно собранного и решительного ромбразца, что на память пришли слова Главы Совета: «Вас всех с ней пообщавшихся, словно подменили». И точно подменили. Сделали более уязвимыми, иначе он бы никогда не повелся на шантаж.
– А ты занят тем, что Катя назвала «медовым месяцем», – рассмеялся кесериец, чувствуя, как скопившаяся комом в груди, тревога немного отпускает. Все равно у него нет выхода, а благодаря заданию он получит хоть небольшую отсрочку, – Когда вылетать?
– Утром. Я сейчас перешлю тебе все материалы, – проинструктировал его Сирейк, а потом решительно добавил, – Зайдешь перед отлетом?
– Нет, дел много, – видеть сейчас радостную девушку и довольного жизнью ромбразца не хотелось. Нет, зависти не было, только теплая радость от того, что его друзья нашли друг друга. Но на фоне их счастливых лиц острее чувствовалось опостылевшее одиночество, – Попрощайся за меня с Катей и малышом. И береги их, – добавил он после небольшой паузы, зная, что лайор точно правильно истолкует этот мельчайший намек.
– Глава?
Кесериец отвечать не стал, лишь прикрыл глаза соглашаясь. Если с ним что-то случится, Бодю ничего не спасет. И это лорд Феиде, еще не в курсе, что тайно сделанный, по настоянию Кэт, анализ генетических маркеров показал родство между ними. Не связь «отец-сын», а скорее половинное родство «брат-брат». И это поднимало еще больше вопросов, так как означало, что кто-то владеет генетическим материалом Бруианта Феиде. А учитывая власть, которой обладает Глава Совета, и возможность его замены путем клонирования (о таких технологиях у них не слышали, а вот земляне оказались просвещены, чем и поспешили поделиться), то становится очевидным, почему все силы тайной канцелярии брошены на поиски лабораторий.
Кесериец резко встал и налив себе в бокал светло-зеленой жидкости, поспешно выпил. Как бы там ни было, но дел было действительно много, а времени мало. Чем быстрее он улетит, тем меньше шансов, что Совет снимет его с этой операции и отправит туда, где его ждет приобретенная отцом ильми.
***
