Воспоминания мелькали в Катином мозгу, как картинки за окном несущегося поезда и, только когда в куртке Сергея затренькал мобильный, она поняла, что совсем не слушала его. Поговорив с кем-то односложно и сухо, он выругался и засобирался:
– Катюш, прости, срочные дела. Надо бежать. Пойдем, я тебя подкину.
– Да я сама доберусь, спасибо.
– Пойдем, пойдем. Не стесняйся. Ты уже извини, что так получилось. Мы ведь еще увидимся? – И, не дождавшись ответа, пошел к стойке расплатиться.
К дому подъехали практически в полном молчании. Сергей весь погрузился в свои мысли, а Катя была обижена: вот так взял, сорвался и даже не пытается оправдываться – в этом он весь. Она не успела попросить своего провожатого остановиться на углу, и тот подкатил почти к середине двора. На лавочке у детской песочницы сидела живущая рядом учительница английского. Он поцеловал Катю и обещал позвонить как только так сразу. После чего замолчал, что означало – вылезай, приехали!
Специально «забыв» цветы на заднем сиденье, Катя вылезла из машины. Учительница увидела ее и уже махала рукой. Тут сзади подлетел Сергей с белым букетом:
– Дорогая, ты забыла! – Опять чмокнул. – С меня хороший ресторан. – И только его и видели.
– Повезло вам, Катенька, с мужем. Видно, богатый, деловой. Да вы такая красотка, что немудрено.
– Это не муж, знакомый.
– Знакомые таких цветов не дарят и по ресторанам не водят.
– Ну он и не водит.
– Понятно, понятно, не водит. – Она многозначительно покивала. – А я вот вышла, дай, думаю, перед уроком воздухом подышу. Может, пораньше приступим?
– А я и хотела пораньше.
– Ну пойдемте тогда.
Кате повезло. Она давно хотела заняться английским, но все не могла собраться и записаться на какие-нибудь курсы. А тут под руку попалось объявление, висящее прямо на ее подъезде. Она позвонила по указанному телефону и стала ходить на занятия прямо в соседний дом, чувствуя себя школьницей. Учила алфавит и делала детские упражнения в тетрадке.
