Условия контракта (СИ) полностью

-У меня как будто гора с плеч упала, после того, как я поговорил с ней.

Я постараюсь сделать все, чтобы ты был счастлив. Тянусь к губам и встаю на носочки. Вкладываю в поцелуй всю нежность и чувства, которые есть у меня в этот момент.

-А теперь я хочу полетать… Идем.

-Да.

Он держит меня крепко за руку и ведет к маленькому планеру. Сейчас мы полетаем! Ох, как же я хочу этого…

В крошечной кабине два сиденья, одно позади другого. Белый трос соединяет планер с обычным самолетом. Бенсон откидывает купол кабины, приглашая нас внутрь.

— Сначала нужно пристегнуть парашют. – «Парашют!»

— Я сам.- Кристиан забирает ремни у Бенсона.

— А я пока схожу за балластом, — говорит он, широко улыбаясь, и уходит к самолету.

— Мисс Стил, шагните сюда.

Подчиняясь приказу, я кладу руки на плечи Кристиану и чувствую, как его мышцы напрягаются, но он не двигается с места. Я ставлю ноги в петли, Кристиан подтягивает парашют, а я продеваю руки в стропы. Ловко защелкнув крепления, он проверяет ремни.

Ну вот, готово, — говорит Кристиан спокойно, но в серых глазах горит опасный огонек. Есть резинка для волос? — Я киваю.

-Поднять вверх?

— Да.- Я делаю, как велено.

— Залезай внутрь, — приказывает Кристиан.- В его тоне столько спокойной властности!

Я хочу сесть назад, но Кристиан останавливает меня.

— Нет, спереди. Сзади сидит пилот.

— Но ты ничего не увидишь!

-Мне хватит, — усмехается он.

Я никогда еще не видела Кристиана таким счастливым. Властным, но все равно счастливым. Я забираюсь внутрь кабины, кожаное сиденье на удивление мягкое. Кристиан склоняется надо мною, фиксирует плечи, затем, вытащив между ног ремень, защелкивает карабин на животе и проверяет стропы.

-Мы будем в воздухе минут двадцать-тридцать. Сегодня не так жарко, а по ощущениям полет ни с чем не сравнится. Волнуешься?

-Предвкушаю! — Широко улыбаюсь я.

Чему я радуюсь? На самом деле какая-то часть меня трепещет от страха

Хорошо. Кристиан с улыбкой скрывается из виду.

Я слышу, как он забирается в кабину. Кристиан так сильно затянул ремни, что обернуться я не могу. Передо мной циферблат, рычаги и какая-то торчащая штуковина. Что ж, могло быть и хуже.

С улыбкой на губах возникает Марк Бенсон, подтягивает мои стропы, затем просовывается в кабину и проверяет пол. Наверное, что-то делает с балластом.

— Все нормально. Первый раз?

-Да.

— Вам понравится.

— Спасибо, мистер Бенсон.

— Зовите меня Марк.- Он оборачивается к Кристиану.- Порядок?

Да. Марк закрывает крышу кабины, идет к своему самолету и скрывается в кабине.

Мотор самолета начинает тарахтеть, мой чувствительный желудок подкатывает к горлу. Боже… неужели это происходит со мной? Марк медленно едет вдоль полосы, трос натягивается, толчок — и планер срывается с места. Бормочет радио. Вероятно, Марк говорит с диспетчером, но слов не разобрать. Планер набирает скорость, нас ощутимо потряхивает. Господи, когда же мы взлетим? Желудок ухает вниз — и мы отрываемся от земли.

-Летим, детка! — кричит Кристиан. Мы парим в нашем собственном пузыре, одном на двоих. Слышен только свист ветра и далекий шум мотора буксировщика.

Я так крепко цепляюсь за край сиденья, что костяшки пальцев побелели. Мы забираем к западу, поднимаясь все выше, скользим над полями, лесами, домами, пересекаем шоссе I-5. Боже милосердный. Над нами лишь небо, лишь рассеянный и мягкий солнечный свет. Я вспоминаю слова Хосе (мой друг-фотограф с школы искусств) о часе фотографов… и парю в этом волшебном свете вместе с Кристианом.

Сейчас я могу думать только о полете. Уши закладывает, мы набираем высоту, все выше поднимаясь над землей. Наверху стоит тишина. Кажется, я начинаю понимать Кристиана. Парить в высоте, подальше от неумолкающего «блэкберри» и повседневных забот.

Радио просыпается к жизни, Марк сообщает, что мы достигли высоты в три тысячи футов. Ничего себе! Я опускаю глаза — под нами пустота.

— Отпускай, — говорит Кристиан по радио, и внезапно самолет пропадает из виду, а ощущение, что нас тянут вперед, исчезает. Мы парим над Сиэтлом в свободном полете.

О черт — это восхитительно! Повинуясь порывам ветра, планер медленно теряет высоту, тихо скользя по воздуху. Икар, теперь я поняла! Я лечу прямо к солнцу, но со мной Кристиан, он ведет и направляет меня, и мы кружим и кружим.

-Держись крепче! — Кричит Кристиан, и мы снова ныряем. Неожиданно я оказываюсь вниз головой, глядя на землю сквозь прозрачную крышу кабины.

С громким визгом я упираюсь руками в приборную панель и слышу смех Кристиана. Вот негодяй! Но его веселье так заразительно, что, когда он выравнивает планер, я смеюсь вместе с ним.

-Я собираюсь повторить.

Он снова переворачивает планер, но теперь я начеку. Я вишу на ремнях вниз головой, глупо хихикая. Кристиан возвращает планер в исходное положение.

-Ну как? — Кричит он.

-С ума сойти!

Мы падаем вниз в лучах дневного солнца, слушая ветер и молчание. Можно ли желать большего?

— Видишь перед собой рычаг? — Кричит Кристиан.