– Ничего, дальше границы с Цвагом ссылать меня все равно некуда, – хмыкнул Серж.
– А Йохану достанется еще больше за то, что все это допустил, – вздохнула девушка.
– Уверяю, твой кузен крепкий, переживет, – ответил маршал, зарываясь лицом в волосы Китти.
– Вообще не понимаю, на что Оттау рассчитывал…
– Думаю, просто желал отомстить. Сломать нам с тобой жизнь. Когда человеку терять уже нечего, он готов на любые неадекватные поступки.
Принцесса наконец рискнула открыть глаза и обомлела.
– Серж, это то, что я думаю? – потрясенно пролепетала она.
Со всех сторон пару обступал глухой лес, среди которого, однако, виднелась одинокая избушка.
– Не совсем, – замялся Дебре. – Тот домик был на территории ведьм, порталом туда попасть нельзя, да и опасно. Это лишь похожий охотничий домик на моих землях.
– Ты… хитрец! Когда я попросила Йохана снять его щит на моем сознании, а тебя – поставить свой, ты углядел это в моих мыслях!
– Ну извини, – искренне стушевался маг. – Честно – без твоего ведома в первый и последний раз. Очень хотел тебя порадовать. А ты так стремилась в нее вернуться.
– Так здорово! – восхищенно проговорила Китти, вставая на ноги, обнимая мужа и прижимаясь к нему в поцелуе.
И это снова было как впервые – пьяняще, трепетно и бесконечно нежно.
– Погоди, ты же внутри еще не видела, – хрипло прошептал маршал, не без сожаления отстраняясь.
– Что же, давай посмотрим! – задорно воскликнула принцесса, хватая Сержа за руку и увлекая в сторону домика.
С неба уже стали падать первые капли.
Внутри помещение очень походило на ту самую «ведьминскую» сторожку, только еще чище и ухоженнее. В камине размеренно потрескивали дрова, вместо циновки на полу была расстелена огромная шкура медведя, и только с близкого расстояния становилось понятно, что это искусно имитирующий ее ковер. На стоящем чуть поодаль низком столике в изобилии пристроились фрукты, сладости, закуски и напитки.
– Запас продуктов на три дня, – переминаясь с ноги на ногу, пояснил Серж. – А над избушкой в радиусе ста ярдов вокруг – защитный купол, так что нас совершенно никто не побеспокоит.
За окошком раздался гром, и ливень усилился.
– Дождь – тоже твоих рук дело? – потрясенно спросила Китти.
Серж рассмеялся, тем настоящим живым смехом, которым принцесса так любила.
– Хотел бы сказать «да», но не стану присваивать себе божественные заслуги. Просто повезло.
Китти скинула атласные туфельки и, пройдя по шкуре, села в некотором удалении от камина. Языки пламени плясали в нем и словно гипнотизировали.
– Обними меня, как тогда, – попросила она, не сумев скрыть в голосе напряжение.
Сзади зашуршала ткань, и принцесса обернулась. Серж уже снял мундир и стягивал через голову сорочку.
– Я тогда грел тебя без рубашки, – подмигнул он с хитрой улыбкой принцессе. – Да и на тебе не было верхнего платья.
Щеки Китти, и это бросалось в глаза даже в полумраке от камина, порозовели, однако она кивнула и потянула за край тесьмы, предлагая мужу расшнуровать корсет. Это заняло больше времени, чем в прошлый раз, потому что маршал то и дело отвлекался, чтобы поцеловать ее тонкую шею, оголившееся плечико или прошептать очередной комплимент на покрасневшее от них ушко. Когда наконец верхнее платье было снято и Серж обнял жену, она проговорила, чуть ли не заикаясь от стеснения:
– Я… немного знаю про супружеский долг…
– Не называй это так, – перебил ее маршал, снова оставляя дорожку мягких поцелуев по плечу. – Ты мне ничего не должна. Я лишь хочу любить тебя всегда, когда ты сама этого захочешь.
Китти сглотнула застрявший в горле ком и кивнула.
– Не бойся, – видимо, стараясь понять ее состояние, приободрил Серж. – Я заблокирую у тебя в сознании болевые рецепторы, ты ничего неприятного не почувствуешь.
– Я не из-за этого, – призналась Китти, находя в себе смелость повернуться так, чтобы видеть лицо мужа. – Я очень стесняюсь, – совсем тихо добавила она и спрятала взгляд.
– Это пройдет, – успокоил маршал и, едва касаясь, провел тыльной стороной пальцев по ее щеке.
Ощущения были такими приятными, такими нужными, что Китти закрыла глаза и уже сама потерлась щекой о руку мужа, тихо спросив:
– Когда?
– Совсем скоро, – прошептал Дебре ей в самые губы и поцеловал.
Бушующая за окном стихия, с громом и мерцанием молний, и их маленький тесный мирок, с потрескивающим пламенем в камине. Поцелуй был необыкновенно нежный и настолько… томительный, что, казалось, они продолжили оттуда, где остановились полтора месяца назад.
Серж не обманул. Совсем скоро Китти перестала чувствовать все, кроме ласковых прикосновений, дыхания, разделенного на двоих, фантастического ощущения полета в голове и нестерпимого желания вжаться в мужа, раствориться в нем, разделить пополам непонятное напряжение, требующее какого-то выхода. Китти просто доверилась любимому человеку, «шла» за ним, отвечала и плохо уже понимала, что происходит, когда ее тело само по себе вздрогнуло и разум затопила всепоглощающая эйфория. Серж громко вдохнул сквозь сжатые зубы, крепко прижимая к себе жену, и она почувствовала, что и по мужу пробежала эта сладкая судорога.