— Если бы ты знала, как сильно я влюблен в них, — произносит негромко, а потом сводит грудь вместе и начинает играть с ней.
Кусает, лижет, всасывает соски, со шлепком выпускает изо рта, потом снова проводит языком. Ныряет языком в ложбинку, сжимая грудь чуть сильнее, а я извиваюсь под ним, сходя с ума от ощущений. Здравый рассудок отключается, и я приподнимаю бедра, чтобы потереться возбужденной промежностью о живот Дениса.
— М-м-м, моя Фея уже завелась, — говорит он тоном довольного кота, пока спускается ниже. — Чего ты хочешь? — спрашивает, располагаясь между моих ног и проводя расслабленным языком по промежности.
— Блин! Денис! — выкрикиваю, когда он раз за разом повторяет эту манипуляцию. Я дергаю руками, цепочки на наручниках звенят.
— Музыка для моих ушей, — говорит он, довольно скалясь. — Грохот цепей и крики моей дикой Феи. Еще.
— Зараза! — рявкаю я и захлебываюсь своими же словами, когда Денис, уже не отвлекаясь, кружит языком по клитору.
Он добавляет пальцы, которые то раскрывают мои губки, то ныряют внутрь. Двигаются медленно, потом ускоряются и снова замедляются. Мир перестает существовать. Остаемся только мы с Денисом и ощущения. У меня зудят пальцы, так сильно хочется зарыться ими в его шевелюру и потянуть. Он двигается все быстрее, пока я не чувствую, как начинает дрожать все тело. А потом на пару секунд глохну, когда меня накрывает оргазм. Мощный, сотрясающий все мое тело.
Денис поднимается и, довольно улыбаясь, освобождает мои руки. Становится надо мной, поглаживая твердый член.
— Открой рот, Фея.
Его голос такой… бархатный, чарующий. Он завораживает настолько, что я забываю, почему вообще сопротивлялась. И, пока мое тело бьют микротоки оргазма, каменный член скользит между губ. Во рту полно слюны, которой я щедро смачиваю ствол, и он блестит, словно отполированный. Взгляд Дениса плывет, когда он переводит его с моих губ на глаза и обратно. Слегка ускоряется, и я слышу тихие хрипы, вырывающиеся из него вместе с негромкими стонами. Он близко. И я уже готовлюсь, что он кончит мне в рот, но Громов выскальзывает и спускается вниз. Перестегивает наручники на одну петлю.
Оказавшись на уровне моих ног, берет меня за бедра и переворачивает на живот, а потом дергает на себя, и я с негромким вскриком оказываюсь в колленно-локтевой позе, только со сведенными ногами.
— И попка у тебя огонь, — прикусывая ягодицу, говорит Денис.
Секунда — и он уже во мне. Когда? Как? Не знаю. Не помню. Я так потерялась в чувственных ощущениях, что даже забыла убедиться, что он надел презерватив. Чувствую только, как он одним долгим толчком заполняет меня, распирая стенки и растягивая. С губ срывается протяжный стон. Денис собирает в ладонь мои волосы, зарываясь в них на затылке и, сжав, делает первый жесткий толчок. Я вскрикиваю.
— Громче, Фея, — наклонившись ко мне, севшим голосом произносит Денис, затем прикусывает мое плечо и делает еще один рывок вперед. За ним еще и еще. Быстрее и жестче, выбивая из меня воздух вместе со вскриками.
Мои волосы уже намотаны на его кулак, руки свободны, спина выгнута дугой, наши бедра шлепают друг о друга, а внутри собирается горячая лава. Меня трясет, как в лихорадке, но я бы ни за что сейчас не хотела оказаться ни в каком другом месте. Отпустив, Денис нависает сверху и, ладонью прижав мое лицо к кровати, долбится в меня на бешеной скорости.
Я в полной мере осознаю, что мне нравится эта дикость. Это неуправляемое чувство похоти, которое мы испытываем. Грязные словечки, вульгарные выражения. Все это как будто только для нас. Никто не знает, какие мы за закрытыми дверями. А мы здесь настоящие. Обнажили не только тела, но и души. Это плохо и в то же время хорошо. Плохо, потому что слишком велик шанс влюбиться. Я стараюсь об этом не думать, сосредотачиваясь на ощущениях.
Последние несколько толчков самые жесткие, и наконец мы одновременно взлетаем на вершину. Я чувствую, как член Дениса пульсирует во мне, пока мои стеночки сжимают его, выкачивая его удовольствие.
Выйдя из меня, Денис валится на бок и сразу тянет меня к себе на грудь, крепко прижимая ухом к колотящемуся внутри сердцу.
Денис
Мы так и отрубились ночью: Оля в наручниках сверху на мне, и я с презервативом на члене. Зато впервые за всю свою жизнь я спал так сладко. Прижимал к себе Фею, словно плюшевую игрушку. Перекатывался по кровати, постоянно притягивая мягкую, нежную невесту в свои объятия.
Утром я еле разлепляю веки, когда что-то щекочет кончик носа. Двигаю им, но ощущение не проходит. Тогда открываю глаза, упираясь взглядом в светлую макушку, в которую зарылся носом. Оля мирно сопит на моей груди, полностью распластавшись на мне. Прикрыв глаза, улыбаюсь. Какое же кайфовое ощущение! В груди тепло только от понимания, что она не убежала, а осталась со мной до утра. И внутри приятно щемит от какого-то невероятно сладкого чувства.
