– Факты там, мистер Хансен. – Вулф показал большим пальцем себе через плечо на дверь. – Было бы совсем хорошо, если бы на бутылке остались отпечатки пальцев, но сомневаюсь, что он… кто-то из вас… тогда совсем потерял голову. Это факт, а не домысел, и я строю свои рассуждения, исходя из факта. Мистер Асса ушел от меня в десять минут восьмого. Кто из вас находился здесь, в этом здании, в восьмом часу вечера? Вы, мистер Хансен?
– Нет. Я же сказал. Я приехал в четыре и ушел в начале седьмого.
– Вы, мистер Хири?
– Нет. Я уже ответил на этот вопрос.
– Мистер О’Гарро?
– Не говори, Пэт, – велел Хансен.
– Тьфу! – с отвращением произнес Вулф. – Скрывать то, что легко проверяется. Если вы предпочитаете неприятности такого рода…
– Я предпочитаю прояснить все здесь и сейчас, – сказал О’Гарро. Задиристость его исчезла. Он заговорил, тщательно подбирая слова и глядя Вулфу в глаза: – Я находился в этом здании весь день до вечера. Я виделся с Ассой, мы с ним разговаривали несколько раз, но каждый раз в чьем-нибудь присутствии. Ушел я вместе с Баффом примерно в половине восьмого, и мы пошли в ресторан, где встретились с Ассой. Перекусили и отправились к вам… Мы с Баффом. Асса сказал, что должен еще сделать одно дело, потому к вам приехал один.
– Что за дело?
– Не знаю. Он не докладывал.
– В ресторане он что-нибудь рассказывал о встрече со мной?
– Нет. Я узнал о ней здесь от вас.
– Когда вы с ним договорились встретиться в ресторане?
– Я не договаривался.
– Кто договаривался?
О’Гарро подвигал челюстью. Взгляд не отрывался от Вулфа.
– Я помолчу.
– Вы хотели, – напомнил ему Вулф, – прояснить все здесь и сейчас.
– Достаточно, – сказал Хансен. – Как ваш адвокат, Пэт, и ваш, Оливер, настоятельно рекомендую больше не отвечать ни на какие вопросы. Я назвал мистера Вулфа вероломным и повторяю это еще раз. Согласившись работать на вас, он использовал конфиденциальную информацию и теперь намеревается обвинить вас в преступлении, наказуемом смертной казнью. Не отвечайте ему. Вулф, если у вас есть еще что сказать, мы вас слушаем.
Вулф не ответил и перевел взгляд на Баффа:
– Мистер Бафф, к счастью, мистер О’Гарро избавил меня от необходимости тратить силы и убеждать вас ослушаться своего адвоката, так как уже сообщил, что в семь тридцать вы ушли вместе. – Он обвел глазами присутствующих. – Я отвергаю обвинение в вероломстве. Меня наняла компания «Липперт, Бафф и Асса». До момента, когда был убит мистер Асса, все мои действия были подчинены исключительно интересам компании, и я занимался тем делом, какое мне было поручено. Я еще не завершил его, однако обстоятельства изменились. Вопрос теперь состоит в том: что лучше послужит интересам моего клиента? Могу ли я завершить порученную работу, не разоблачив убийцу? Нет, не могу. – Он положил ладони на стол. – Мистер Далманн – человек, вероятно, жизнерадостный и энергичный, бывший главным генератором идей в компании, как до него мистер Липперт, – убит, и убил его кто-то из вас. Мистер Асса, опрометчиво взявший на себя риск ради спасения компании, также убит одним из вас. В таком случае позвольте спросить: кто вероломен? Кто поставил компанию под удар, от которого она, возможно, никогда не оправится? Компания как мой клиент вправе ожидать от меня действий, направленных в первую очередь на защиту ее интересов, однако и я в той же мере вправе ожидать того же, и вы должны были бы уже понять, что в наших общих интересах разоблачить убийцу, и чем скорее, тем лучше. – Он перевел взгляд на адвоката. – Мистер Хансен, являетесь ли вы юридическим советником компании «Липперт, Бафф и Асса»?
– Да, являюсь.
– Являетесь ли вы личным адвокатом мистера Баффа?
– Формально? Нет.
– Личным адвокатом мистера О’Гарро?
– Нет.
