На Игоря таращились широко распахнутые огромные зелёные глазищи. Фея молча смотрела на Игоря, не моргая и не двигаясь. Ветерок, игравший длинными золотисто-медовыми завитушками волос, накрыл прядью глаза и заставил девушку очнуться. Златовласка сморгнула, настороженно оглядела мужчину и… улыбнулась:
— Здравствуйте, меня зовут Катерина. А вы Игорь, да? А Серёжа дома?
До Игоря стало доходить, что за фею занесло ему на беду. Он бесцеремонно разглядывал красотку: «Так вот ты какая, Катенька».
Девушка занервничала под пристальным взглядом, и пальчики затеребили край розового сарафана.
— Он что-то сегодня за рыбой не пришел, — зеленые глазки умоляюще смотрели на Игоря.
«У пацана-то губа не дура. Нахрена ему ток вчерашние шмары сдались, когда у него в личном пользовании такая КАТЕНЬКА. Может, фея не дает? Да нет же, каждую ночь у неё пропадает».
Мужчина кивнул и буркнув: «Ща гляну», пополз в дом. И тут мельком увидел отражение в зеркале — небритый, опухший, на роже красные следы от подушки, волосы дыбом, и вдобавок, в одних трусах.
«М-да… Ну, я красава. Неудивительно, что фея струхнула».
На диванчике, с которого недавно слез Игорь, Серого, естественно, не было, но мужчина решил на всякий случай заглянуть в «свою» комнату. И не зря. На его кровати поверх покрывала дрых Серый. В одних трусах. Убойное зрелище. Раскинув по кровати руки-ноги и приоткрыв губы, мальчишка тихонечко посапывал. Взгляд Игоря побежал по загорелой золотистой коже груди, ниже к впалому животику с намеком на пресс, задержался на аккуратном пупочке и заскользил дальше, притягиваемый нежным блеском светлых волос, гладких, уходящих под резинку трусов…
У Игоря аж голова пошла кругом от острого возбуждения, прошедшего по телу легким электрическим импульсом. В трусах всё тут же напряглось.
«Бля, во попал-то. Да, нихуя вчера не пьяный бзик был. Реально стоит на пацана», — Игорь чуть не застонал вслух.
Опомнился, что может войти Катя, а он тут со стояком уставился на её парня. Живо вытащил из комода и надел какие-то широкие шорты, пнул мальчика в плечо:
— Рота, подъем! Форма одежды — тапочки!
Серый разлепил глаза и повернулся на бок.
— Что, выспался, да? Вот она, благодарность людская. Ты его донеси в целости и сохранности, уложи, раздень, а он ещё потом спать не дает.
— Да как по мне, так спи на здоровье, только у тебя под дверью стоит Екатерина Распрекрасная. К тебе пришла, герой-любовник, — не удержался от подковырки Игорь.
Серый, услышав про девушку, подскочил и метнулся на улицу. Через минутку вернулся и полез в комод за вещами. А рассевшийся на кровати Игорь решил поинтересоваться:
— Какого черта ты у меня вчера девку увел?
Серый отыскал какие-то потрепанные штанишки и как раз собирался натянуть, как услышав вопрос, замер.
— Что-то я не заметил, чтоб ты по ней шибко убивался.
— Да что ты говоришь! А что же ты заметил, наблюдательный такой?
— Знаешь, было трудно не заметить, как всю дорогу до дома, пока я тебя на себе пёр, ты ко мне целоваться лез.
Мальчишка сунул ногу в штанину, а Игорь в шоке молча открывал и закрывал рот.
— Пиздишь?
— За каким хером?
— Серый, не может быть. Я не помню такого.
— А что ты помнишь?
-…
— Вот-вот! Может тебе это что-то напомнит? — пацан застегнул молнию на штанах и ткнул пальцем себе в плечо. На плече красовалось яркое пятно засоса.
— Серёж, — Игорь вконец растерялся, не в состоянии поверить в услышанное. — Может, я тебя с девкой спутал по пьяни?
— С девкой, говоришь? — Серый зло уставился на мужчину. — Ну, может и с девкой. Только когда ты ко мне сосаться лез, почему-то то милым называл, то обзывался.
— Милым? Я? Обзывал?..
— Ага, этим… кондратием, нет, тиком. Точно, тиком, в аккуратку, когда засос ставил, пока я калитку открывал.
— Серый, бля… Серый…
— Что, Серый? Что, Серый?! — парень откинул майку и надел футболку, спрятав под неё улику. — Потом разберёмся, меня Катюша ждёт!
Сергей выскочил на улицу к девушке. А Игорь, оглушенный, зажмурил глаза. Парень не обманывал. И дело не в засосе.
«…Милым называл… тиком… когда засос ставил…»
— Блядь! Блядь! Блядь!!!
Игорь схватился за голову и застонал.
— Придурок! Вот придурок! К малому полез, урод озабоченный. Нашел на ком оторваться!
Игорь выхватил из-под головы подушку и прижал к лицу. В больной похмельной голове не укладывалось услышанное. В сердцах отшвырнув подушку в другой конец кровати, Игорь сжал виски и стал пытаться вспомнить вчерашний вечер. Получалось плохо, в голове крутились обрывочные воспоминания — мелькающая светомузыка, голубые шорты, девичьи ножки в туфельках на каблучках перед глазами и всё, ни одного кадра в памяти больше не было.
