После колледжа Джио пытался устроить Лаза в двухкомнатную квартиру на пляже, зная, что это мечта Лаза - просыпаться каждое утро, выходить на балкон и видеть только океанскую воду, сверкающую под солнцем Флориды, но Лаз не собирался жить на с трудом заработанные деньги своего брата. Джио стольким пожертвовал ради своей карьеры. Пока парни его возраста наслаждались молодостью, напивались, ходили по клубам, трахались, Джио строил дело своей жизни с нуля, делал себе имя и одновременно воспитывал Лаза. Джио оплачивал учебу Лаза в колледже и помогал оплачивать половину его оборудования, а Колтон оплачивал другую половину. Лазу оставалось лишь проложить свой собственный путь и заставить их гордиться тем, каким он стал.
Для Лаза Джиованни Галанос был старшим братом. Для всего остального мира Джио был восходящей звездой. Когда его благотворительная деятельность попала в заголовки газет, он был назван одним из самых влиятельных филантропов мира. Джио также был закрытым человеком. Несмотря на свое богатство, он не был броским или легкомысленным. Вместо этого он использовал свои деньги, чтобы помогать другим, и он всегда старался помочь Лазу, не потому что считал, что Лаз не может позаботиться о себе сам, а потому что они были семьей. Джио любил его и хотел, чтобы он был счастлив, но он уже и так много сделал для Лаза.
Лаз хотел показать брату, что все, чем он пожертвовал, окупилось. Пока что мечте Лаза о жизни на пляже придется подождать. Он устроился за столом на веранде и принялся за работу, подправляя фотографии, чтобы подготовить их для клиента. Он как раз закончил обрабатывать последнюю фотографию, когда зазвонил телефон. Он широко улыбнулся, когда ответил.
– Привет, Фитц.
– Привет, милашка. Как ты?
Лаз ненавидел беспокойство, звучавшее в тоне Фитца, так как сам был его причиной. Предыдущей ночью он позвонил Фитцу перед самым сном, и его друг был вне себя от беспокойства. Лазу потребовалось больше часа, чтобы успокоить его и убедить, что с ним все в порядке.
– У меня все отлично. Сижу на веранде Колтона, слушаю, как волны разбиваются о берег.
– Звучит божественно. Тебе лучше. Я рад.
– Спасибо. Ты же знаешь, дом Колтона - это как второй дом. Не могу поверить, что меня так долго не было дома.
Лаз любил приезжать к Колтону, но это было почти невозможно с Брайаном, который вел себя как избалованный ребенок, каждый раз, когда они приезжали. Брайан не разрешал Лазу приходить самому, а когда сопровождал его, то весь визит скулил и ныл о том, как ему скучно. Колтон терпел это ради Лаза, но после нескольких неудачных визитов Лаз решил, что не может больше мучить Колтона, и стал держаться подальше.
– Я тоже, но давай не будем говорить о мисс Вещь. Я хочу услышать о тебе и твоем сексуальном рыжике.
Лаз рассмеялся.
– А как же мы?
– О, нет. Даже не думай об этом. Мне нужны детали. Например, пропорциональны ли некоторые части его тела остальным?
– Он... не маленький парень.
Радостный возглас Фитца заставил Лаза рассмеяться, ему нравилось слышать волнение и счастье в голосе друга. Фитц был из тех, кто страдает в тишине. Если только он не злился, то в нем не было ничего молчаливого, но когда ему было очень больно, он предпочитал делать вид, что ничего страшного не происходит, хотя Лаз знал, что это не так.
– Не останавливайся на этом. Давай. Я хочу жить опосредованно, через тебя. Секс был неземной?
– Кто сказал, что у нас был секс?
Фитц фыркнул.
– Да ладно. Ты только что сказал, что он не маленький, так что, если он не выставлял напоказ свои причиндалы или ты не подглядывал за ним, когда он не видел, вы двое были очень близки и откровенны.
– Были ли мы близки и откровенны? – Лаз сделал паузу, зная, что это сводит Фитца с ума. После нескольких разочарованных ворчаний и небольшого хныканья Лаз решил избавить Фитца от страданий. - Да. Сегодня утром в постели. Потом в душе. Потом на кухне, – его лицо раскраснелось, и ему было больно улыбаться. – Не знаю, в чем дело, Фитц, но этот парень просто нажимает на
– О Боже! Лаз, милый, я так рад за тебя!
Лаз рассмеялся энтузиазму Фитца. До сих пор он не понимал, как сильно скучал по Фитцу. Фитц стал еще одной жертвой разрушительной силы, которой был Брайан. Лаз был так глуп. Он позволил себе потерять столько хороших друзей. И все ради этого эгоистичного засранца.
– Это просто секс, Фитц, а не предложение руки и сердца.
– Не веди себя так, будто он просто случайный парень, с которым ты переспал в одной из подсобных комнат в «Сапфировых песках».
– Нет, конечно, нет. Рэд...
– Особенный.
– Ты так думаешь?
– Дорогой, я знаю. Как этот мужчина смотрит на тебя? – Фитц мечтательно вздохнул. – Нам всем должно так повезти.
– О? А что насчет Джека? Как он на тебя смотрел?
Последовавшее за этим молчание длилось так долго, что Лаз подумал, не отключился ли звонок.
– Фитц?
– Хм?
Лаз сел, задыхаясь.
– О, нет, не так, шлюшка. Ты не можешь говорить мне «хм», как будто я не знаю, о чем говорю. Лаки рассказал мне о твоем маленьком моменте с Джеком.
