— Чем таким твоему клану мешает Патриарх? — спросил я. — Я вроде как дорогу вам не переходил.
Кен замолчал. И молчал он шесть секунд. Чуть больше, но это ладно.
— Странный вопрос для телефонного звонка, — произнес он.
Ну да, не хочет подставляться, если я записываю разговор.
— Да не бойся, я не веду запись, — вздохнул я. — Да и объявление войны уже едет к вам. Красивый конверт, посланник — все как полагается. Мне просто надо знать: оно вообще того стоило?
И опять молчание, на этот раз четыре секунды.
— Раньше я бы сказал, что да, теперь же сильно сомневаюсь, — ответил он. — Извини, Син. Я правда пытался переубедить своих, но… Я ведь… Я пытался сделать хоть что-то…
— Да ладно тебе, — попытался я его успокоить. — Я все понимаю. В конце концов, над тобой отец и дед, ты и не мог ничего сделать.
— Я мог хотя бы намекнуть тебе, — сказал он потерянным голосом.
— Род превыше всего, — ответил я на это. — Ты все сделал правильно, и я ни в чем тебя не виню.
— Боги… Какой же ты… — простонал он. — Лучше бы ты меня ненавидел.
— Ты мой друг, — усмехнулся я. — И прежде всего я буду видеть в тебе плюсы. Ладно, не унывай, прорвемся.
— Накануне войны с другом? Не унывать? — усмехнулся он горько.
— Я не знаю, как все обернется, Кен, — произнес я серьезным голосом. — Может, и глобальным трындецом, но одно я знаю твердо: унывать вообще нельзя. Никогда. Иначе ты точно проиграешь. Так что — выше нос. Все схвачено. Да и вообще — я Аматэру, а значит, все будет, как я того желаю. И мне абсолютно плевать на хотелки твоей родни. Если я сказал, что все будет нормально — значит, все будет нормально. Веришь?
— Верю, — ответил он через десять секунд молчания.
То, что война с Тоётоми уже началась, — не повод отменять традиционный завтрак, когда за столом собирается вся семья. Не знаю, что будет завтра или через неделю, но сегодня у нас все как обычно: я во главе стола, Атарашики по правую от меня руку, Казуки с Эрной и Рахой — по левую. Боевые действия начались еще вчера поздно вечером, когда мои силы атаковали восемь важнейших объектов клана Тоётоми. Нам на руку было то, что эти объекты не разбросаны по всей стране, а собраны в основном вокруг Токио. Ну и в самом Токио, естественно. Единственное, вчера не было атаки на квартал Тоётоми, этим мы занялись сегодня утром — фактически, пока я завтракаю, отряд «Темная молния» наводит там шухер. Перед ними не стоит задачи что-то уничтожить, захватить или открыть проход для основных сил — нет, они именно что шумят и держат квартал в напряжении. А главное, отвлекают внимание Тоётоми от подхода наших основных сил. Если бы дело происходило за городом, то и плевать, но вот здесь и сейчас, если про колонны узнают, Тоётоми будет слишком просто провести пару диверсии и нанести нам урон еще до того, как мы прибудем к ним. Городские бои — так себе удовольствие, особенно если стараешься тот самый город не разрушить. Это Тоётоми уже плевать, им надо хоть что-то делать, а вот нас — в том числе и из-за того, что мы инициаторы войны — за такое по головке не погладят. Плюс каждый погибший мирный житель ляжет пятном на репутацию Аматэру. Войну-то мы объявили.
Раньше всех сегодня закончили завтрак девчонки. Поднявшись из-за стола, Эрна быстро чмокнула в щеку Казуки и, на пару с Рахой поклонившись нам с Атарашики, шустро умотала по своим делам. Эрна… в основном Эрна, хоть Раха ей и помогает, вообще радует меня безмерно. Считаю, что свалить на нее новообретенных слуг рода, точнее, гражданскую их часть, было очень удачной идеей. Оказывается, у невесты Казуки не только огромный потенциал в бахире, но и с хозяйственной жилкой все в порядке. А еще у нее мозги работают отлично, и организатор она от бога. Вчера она немного неуверенно — так как была в курсе начала войны и не знала, найдется ли у меня для нее время, — отдала отчет за последние две недели работы и попросила подписать ряд бумаг, которые мне для этого тоже нужно было прочитать и вникнуть в суть дела. Отчет не первый, так что в целом я знал, чем она занимается, но именно сейчас ее идеи начинают раскручиваться и воплощаться в жизнь. И ведь работают идеи. Да так работают, что у меня то и дело брови взлетали, пока читал принесенные документы.
