Что касается жизнеописания Машраба, то одним из первых создает его опять же Нил Лыкошин. Так, он извещает русского читателя о месте рождения героя: город Наманган, где недалеко от большого базара находятся остатки дома, в котором родился Машраб. Место рождения дервиша огорожено сводчатой постройкой с куполом. Рядом
«Много знаний ты прибретешь от святого, постигнешь в совершенстве тайны суфизма, но потом, задумав посетить Балх, ты покинешь своего наставника. Побываешь ты в Бухаре, затем придешь в Балх и здесь от руки Махмуда погибнешь мученической смертью — будешь повешен, как Мансур Халладж, в местности Арпамуш. Испытывая восторженную любовь к Богу, радостный, счастливый, ты удостоишься славы мученика. В таких словах предсказал Дамулла Базар Ахунд своему ученику всю его жизнь, когда отпускал его в Кашгар к Афак-Ходже»[456].
Так и случилось. Машраб принял мученическую смерть в Балхе.
Не всегда, но, как правило, могилы дервишей безлики: никаких украшений, все выглядит аскетично, как и при жизни. А порой могилу и не сыскать. (Так было не только с дервишами, но и с их свойственниками в другой культуре — юродивыми. В рассказе Тургенева «Странная история» один из героев высказывает пожелание быть похороненным на паперти, чтобы его гордыня смирялась и после жизни, растаптываемая прихожанами.)
Известно, что Николаев похоронен в Ташкенте на Боткинском кладбище. Об этом есть запись в официальном документе, журнале регистраций захоронений. Есть также письмо Галины Уфимцевой Игорю Витальевичу Савицкому, где речь идет о надгробном памятнике Усто Мумину:
«Позавчера уехала к себе в Скопле (так! —
В интернете есть фотография памятника с надписью: «Заслуженный деятель искусств УзССР Александр Васильевич Николаев». Однако по-прежнему кладбищенские служащие могилу не находят, числя ее в разряде утерянных, якобы некому было за ней ухаживать. Может, могила не находится по каким-то неземным законам, предписывающим дервишу уходить от людских ритуалов и обрядов, связанных с почитанием покойника[458]?
Вернемся к Машрабу. О популярности его фигуры говорит название сатирического журнала — «Машраб», выходившего в Самарканде в 1924–1927 годах в виде приложения к газете «Зеравшан». Одним из основателей журнала был художник Лев Бурэ.
Пишет Софья Круковская:
«Образ Машраба был включен Бурэ в заголовок журнала наряду с названием, выполненным арабским шрифтом, и разнообразной революционной символикой. <…> В первых 32 номерах журнала подзаголовок изображает Машраба в шапочке дервиша и бедном, открытом на груди халате. Он опускает свой посох на головы представителей ликвидированных революцией паразитических классов. Начиная с 33 номера виньетка подзаголовка изменилась. Тот же Машраб протягивает руку освобожденной женщине Востока, а реакционеры в страхе разбегаются»[459].
