Нельзя не дивиться результатам его работы.
И снова задумываешься, откуда черпал силы для бесконечно трудной и хлопотливой деятельности этот молитвенник, отшельник, беглец от мира…
Да именно в молитвах, в удалении от мира и черпал их. И будучи игуменом, часто удалялся он в пустынь и там предавался молитвам, спасаясь от власти суеты…
И, конечно, помощь святых основателей монастыря преподобных Германа, Зосимы и Савватия тоже поддерживала его в трудах. Собственноручно отремонтировал Филипп пришедшую в ветхость Псалтырь, принадлежавшую преподобному Зосиме, любил совершать богослужения в его убогих ризах…
ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ
И пришел день, когда царь Иоанн Грозный вспомнил об удивительном соловецком игумене. Весной 1566 года он вызвал его «для духовного совета».
С тяжелым сердцем ехал Филипп в Москву. Ведомы были ему страшные перемены, произошедшие с государством в эти годы.
Сосланный на Соловки царский духовник протопоп Сильвестр рассказывал, что казни, переходящие в кровавые оргии, стали на Москве обычным делом.
Многие убиенные умирали, как святые мученики.
Посаженный на кол Дмитрий Шевырев пел канон Господу Иисусу Христу.
Молодой Горбачев перед казнью, взяв в руки отрубленную голову отца, молился, благодаря Бога, сподобившего их «неповинными убиенными быти».
Возвращался Филипп в Москву той же дорогой, которой тридцать лет назад уходил из Москвы…
В Новгороде именитые граждане поднесли ему хлеб и соль.
Со слезами умоляли они ходатайствовать перед Иоанном Грозным за «свое отечество», Великий Новгород, над которым уже навис царский гнев.
И чем ближе подъезжал Филипп к Москве, где ждал его белый клобук митрополита и венец мученика, тем чаще встречались конные люди с привязанными к седлам метлами и собачьими головами – опричники.
Этими метлами царские слуги должны были вымести из царской земли измену, этими собачьими зубами выгрызть царских врагов…
Страшны были эти люди… Казалось, они вышли из пустых, распахнутых прямо в небо ворот виселиц, которые запомнил Филипп, проходя по этой дороге тридцать лет назад…
НОВОЕ СЛУЖЕНИЕ
Почему царь остановил свой выбор на игумене Филиппе, который в своем служении Богу не признавал никаких компромиссов?
Что это? Недальновидность? Ошибка? Наивность?
Конечно же нет!
Необузданная жестокость и гнев, что вспыхивали в царе, пугали и его самого. Но Иоанн Грозный считал, что, даже проливая безвинную кровь, действует он в высших государственных интересах, исполняет то, что предначертано Богом исполнить ему.
Иоанн Грозный был глубоко верующим человеком.
Ревность его о внешнем и внутреннем церковном благолепии была искренней. И не покладистого царедворца, а истинного святого хотелось видеть Грозному во главе Русской Православной Церкви.
Иоанн Грозный надеялся, что и Филипп прозреет Высшую волю и станет не врагом его, а сподвижником, разделит с ним бремя ответственности.
И так и случилось.
Но Филипп был святым и прозревал многое глубже и дальше, чем сам царь… Он своими глазами видел бесчинства опричников, попирающих Божие заповеди, он видел, что занимаются эти опричники не столько уничтожением государственной измены, сколько собственным обогащением и утехами. Поэтому разногласия с Иоанном Грозным начались у Филиппа с первых дней его пребывания в Москве.
25 июля в Успенском соборе Кремля состоялось торжественное постановление нового митрополита.
Иоанн Грозный подал Филиппу митрополичий посох.
– Жезл пастырства, отче, восприими, и на седалище старейшинства взыди и моли Бога и всех святых о нас и о наших детях и о всем православии… и подаст ти Господь Бог здравие и долголетие во веки веков, аминь! – сказал он.
– Мирно да будет и многодетное твое государство, и победно со всеми повинующимися тебе пребывает во веки и в век века… Здрав, здрав, здрав, добро творя, животоносен владыко самодержец, многолетен! – отвечал митрополит Филипп, принимая посох.
Слова эти не принадлежали ни Иоанну Грозному, ни Филиппу Колычеву.
Это – уставные, служебные слова, которые при поставлении должны произносить царь и будущий митрополит…
После споров, после всевозможных оговорок и условий, зафиксированных в договоре, эти уставные слова должны были казаться лживыми и формальными, но слова эти произносились перед Святым Престолом, и – вот оно чудо православной обрядности! – слова становятся реальностью, и на целых полтора года притихает опричнина. Ничего не слышно в это время в Москве о казнях…
ПОДВИГ МИТРОПОЛИТА
Но в январе 1558 года, вернувшись из неудачного литовского похода, Иоанн Грозный снова подпадает под власть злых духов, помрачавших его ум…
Первым был убит конюший царя, боярин Иван Петрович Челяднин…
Иоанн Грозный заставил престарелого боярина облачиться в царскую одежду и усесться на троне.
Как шут, кланялся он оцепеневшему от ужаса старику, называя его царем земли Русской. Потом выхватил нож и ударил несчастного. Опричники дорезали старика и выволокли тело из дворца, бросили в навозную яму.
Следом за Челядниным были убиты князья И.А. Куракин-Булгаков, Д. Ряполовский, трое князей Ростовских.
