«Ну-ка, ну-ка… – потянул Данилов меня за рукав. – Чую запах какой-то… Постой… Спецслужбой пахнет. Присядем и оглядимся».
«Ну ты, брат, даешь! – удивился я. – Эта пивнушка – любимейшее место офицеров ФСБ и налоговой полиции! Еще и артисты любят сюда захаживать. И как только ты угадал…».
«Погоди. Вот этот, – он указал взглядом на крепко сбитого мужчину со скромным лицом Джеймса Бонда и мгновенно обезоруживающей улыбкой молодого Никулина, – вот этот только что вернулся с опасного боевого задания».
«Нет, – говорю я уверенно. – Он прямо из бани сюда».
«А ты откуда знаешь?» – теперь удивился Данилов.
«А мы вместе в баню ходим. По четвергам».
Оля-фея поманила меня хитренько пальчиком и многозначительно отворила дверь стойки.
«Пойдем-ка, я чего тебе покажу», – позвал я Данилова. И мы оба проскользнули за стойку.
На двери секретного, только для своих работников и пользующегося особым доверием туалета табличка: «Зав. отделом кадров. Прием по личным вопросам с 16–18». Рядом – другая дверь: «Партком». Сбоку пришит кнопками портрет вождя всех народов в белоснежном парадном мундире. Тут же развернуто алое знамя СССР с гербами всех союзных республик. Подлинное.
«Стой!! – вдруг закричал кто-то страшнейше у нас за спиной. – Кто такие?!» Данилов мгновенно исчез, а я вздрогнул, пробитый шрапнелью мороза по коже.
«А, это ты…» – сказал умиротворенно бородатый детина с хищным разбойничьим взглядом. Мой знакомый, актер Олег. Тот самый, что в фильме «Белое солнце пустыни» в сцене захвата баркаса кричит: «Абдулла, таможня дает добро!».
Данилов, успокоившись, рядом возник. «Пойдем, гусей покормим», – говорю я ему. «Кого?!» – поперхнулся Данилов, отпивая пиво из кружки, Олегом предложенной. «И кроликов».
На тайном, закрытом дворике, видимо, для отдохновения работников спецслужб содержится небольшой зоопарк. Чтобы они могли непосредственно пообщаться с живой природой. Животные, однако, погладить себя не дали, а гуси изготовились явно к атаке, и мы поспешили ретироваться. «Куда вы?» – успела Оля спросить, но мы уже позорно бежали, сопровождаемые победным гусиным гоготом.
