— Он умер! Погиб!
— Нет. Ошибаешься. Живой он, а знаешь что самое главное? Он в Неверлэнде!
— Что… Здесь?
— О, да. Представляешь. То-то Эмма обрадуется вести, что отец Генри жив. И я не из тех, кто топчет нежные чувства, поэтому решай сам: говорить или нет. Так ты и поймёшь, кто ты есть. До встречи, Капитан!
У Ханны было два пути. Первый — остаться снаружи, второй — войти в пещеру вместе с остальными и так как такой опыт у неёуже был, то она предпочла отправиться вместе с командой Спасителей, чем остаться снаружи, где её мог настигнуть Пэн, снять маску и ничем хорошим это не закончится. Но с другой стороны в пещере «Эхо» ей так же придётся снять её, раскрыв свой настоящий облик. В любом случае результат был один — раскрытие личности. Маскарад уже на данном этапе можно было считать законченным, но ради Нила и ради сохранности собственной жизни, что тут скрывать, она была готова этим пожертвовать, поэтому она пошла с ними.
Каждый с большим трудом рассказывал свои тайны и с каждым раскрытым секретом к Нилу простиралась каменная дорожка. Дэвид и Мери-Маргарет поругались. Как и думала Ханна, яд Мор-Шиповника стремительно убивал Чарминга. И вот свою тайну рассказала и Эмма, уже абсолютно не сдерживая слез. Пришёл черёд Джеймс…
— Можешь не медлить? — нетерпеливо произнесла Реджина.
Ханна тяжело вздохнула, потом набрала в лёгкие воздуха и сняла маску. Тогда все кроме Эммы поменялись в лице.
— Х… Ханна? — робко произнесла Миллс, — Ханна…
— Привет, — грустно улыбнулась Джеймс, — давно не виделись.
— О боже, Ханна!
Реджина обняла свою племянницу, отыскать которую отчаялась совсем. Она пропала 15 лет назад или даже намного больше и до второго попадания на остров была уверена в её смерти, а теперь она стоит вполне живая, правда по виду смертельно уставшая и со шрамами на лице.
— Почему, ты сразу не сказала?
— Потому что я не могла допустить того, чтобы Пэн манипулировал тобой с помощью меня, а он это с легкостью мог исполнить и сделал бы, если бы узнал, что мои кости не покоятся на морском дне. Он пытался скормить меня русалкам, но Фрея спасла меня.
— Какой ужас.
— Ханна, — подал голос Крюк, — меня очень долго мучала совесть, что я оставил здесь тебя, Малию и Эрла, променяв честь на свободу. Чёртов Пэн.
— Что? — Ханна отошла от тёти и подошла к Киллиану, — причём тут Питер?
— Точно… Ты же не знаешь. Он явно позаботился об этом, — Джонс набрал в лёгкие воздуха, — Питер предложил мне сделку. Свобода мне, взамен на то, что я увезу Бея с острова.
— То есть… То есть Нил не предавал меня?
Ханна взглянула на клетку, из которой Эмма вызволяла Кэссиди и в этот момент что-то перевернулось в ней. Тот, на кого она злилась, что он ушёл, бросил её, оказался лишь жертвой обстоятельств и не собирался предавать её. А ведь она столько времени ненавидела его…
— Нет. Предателем был я.
— Боже…
Нил и Эмма шли, о чем-то разговаривая, как Кэссиди увидел подругу детства.
— Ханна?
— Нил!
Джеймс, как они дошли до безопасного места, оттолкнула Свон и обняла Кэссиди. Тот в ответ обнял ещё крепче. По щекам Ханны потекли слезы. Последнее время она не считает, как было раньше слезы — слабостью. Это просто проявление того, что она человек. У неё есть эмоции и она испытывает чувства, с его исчезновением чувствовала острое одиночество.
— Ты мне был так нужен, — прошептала Джеймс, — прости, за то, что я ненавидела тебя.
— Прости за то, что я оставил тебя.
— Не смей извиняться! — крикнула Ханна, оттолкнув его, — это я во всем виновата. Во всем, что случилось с тобой, что произошло с Эрлом, да даже с Фреей и Пэном!
— Ханна…
— Ты себе представить не можешь сколько я думала, что сделала не так и знаешь, я пришла к выводу, что все, что я делала — это неправильно. И все вокруг… Они лгут, говорят, что волнуются, но на самом деле я знаю, я чувствую, что они лишь поджидают момента, чтобы предать меня! Понимаешь? Никто не терпел меня так долго, как ты. Но если на этом чёртовом острове покажешь, что ты слаб, на тебя тут же нападут… И в такие моменты я думала. Чёрт возьми, за что мне все это?! Меня кололи, насиловали, били, убивали морально, пытались скормить русалкам, заставили убить друга и все это чтобы проверить меня на прочность! Я так устала…- все это время Ханна кричала и плакала. Нил ни разу в жизни не видел такую Ханну Джеймс, даже в их первую встречу, когда её избили черлидерши, — я не хочу больше бороться… Не могу…
Под конец монолога она потеряла сознание от переизбытка чувств и упала прямо на грудь Кэссиди, и последний её поднял на руки.
— Бедняжка, — с сочувствием сказала Мери-Маргарет, — и все это делал с ней Пэн? Невозможно быть таким монстром.
— Это не Пэн, — покачал головой пират, — это жизнь. Ханна самый покалеченный на моем опыте жизнью человек. Она также самый сильный человек, которого я встречал, и она не заслуживает жалости. Не оскорбляйте этим ее.
— Но она устала! Она слишком долго сражалась! Хватит с неё этого! — вмешалась Реджина, — к тому же я её тётя и мне лучше знать, чего она хочет.
— Однако, Реджина, даже я разговаривал с ней больше за сегодня, чем ты за всю жизнь.
