— Лера, — после паузы отодвинул пустую тарелку Андрей. — Я человек простой, прямой и в этом плане, наверное, примитивный. Скажу как думаю. А думаю я о том, что наши обалденные вечера, нежные ночи, все эти немыслимые блюда, поводы для удовольствия и радости — это нарядная прелюдия к жизни обычной и нормальной. Как у людей, которым надо решать проблемы, справляться с усталостью и разочарованием, а на то, чтобы придумывать себе радости, украшения, сюрпризы друг для друга, уже нет желания и сил. Мне просто интересно, когда, по твоему мнению, наша замечательная прелюдия закончится? Хочется быть готовым. Тупо спросил?
— Ты спросил нормально, честно. Просто ты пока не в состоянии предположить, как на самом деле все обстоит. Скорее всего, нет такого опыта. Наша прелюдия закончилась тогда, год назад, в твоем кабинете. Мы впервые увидели друг друга и, наверное, удивились. Два незнакомых человека, а так легко сразу стало вместе. Не говорила тебе никогда, но у меня голова закружилась, когда я рассмотрела тебя. Я поняла, что ты мой человек. Я мысленно увидела тебя за этим столом. Там, наверху, в нашей спальне. Дальше я все знала. Так что у нас не прелюдия, а уже обычная и нормальная для нас двоих жизнь. Другим людям этого не понять. А мы сами найдем все способы справиться с усталостью, разочарованием, даже бедами. Так прожили свою жизнь мои родители, они все побеждали, как никто… А когда несчастье стало наступать, давить их жизнь — они просто исчезли… Вместе. Знаешь, у меня даже не было времени горевать. Я должна была строить свою, полную и гармоничную, судьбу. Была большая ошибка. И тут встретила тебя. Все сложилось.
Потом они сидели на террасе, наслаждались живописным и томным вечером, допивали ликер. Андрей думал о том, как Валерия права. У него не было опыта радости и покоя. Просто ни на грамм. Одни провалы, колдобины и страдания.
— Милая, — обнял он Валерию, — мне так хорошо, уютно, приятно с тобой, что у меня нет слов для выражения благодарности. Ты права: нет такого опыта у сивого мерина, который разорвал все жилы, превращая каторгу в существование.
— О боже, — вздохнула Валерия. — Мне так жаль. И я так рада, что мы что-то уже немного преодолели. Есть идея: давай пригласим гостей, устроим небольшой званый ужин. Только нужные, проверенные и доброжелательные люди. И… может, сообщим о своей помолвке? Всего лишь.
— Давай сообщим, — кивнул Андрей. — Ты только сама придумай, что мне надеть. Чтобы не глупо, не пафосно, а просто и уместно. Но чтобы не выглядеть, как всегда, мулом со стройки.
— Сивый мерин, мул, — рассмеялась Валерия. — Ты эталон человека, который себя в грош не ставит. Конечно, мы все выберем, обсудим меню. Через неделю нормально?
— Давай. Я приглашу пару-тройку человек, без которых у меня ни одно дело не получается.
За час до званого ужина Андрей стоял в ванной перед большим зеркалом и с удивлением рассматривал свое отражение. На нем были узкие черные брюки, белая брендовая рубашка: верхние пуговицы расстегнуты. Валерия сама сделала ему короткую, нарочито небрежную и брутальную стрижку. Суточную щетину, которую они сознательно создали, она тщательно облагородила. Даже собственные глаза показались Андрею синими, а вроде были всегда цвета пыльного асфальта. Только сейчас Андрей увидел, как он загорел. Можно сказать гостям Валерии, что отдыхал на Сардинии, к примеру. На самом деле лето такое жаркое, что на стройках приходилось бегать голым до пояса.
Тип в зеркале показался Андрею настолько похожим на мачо из зарубежного сериала, что захотелось дать ему по морде. После такого виртуозного изменения собственной внешности люди, наверное, и впадают в безумный экстаз в сауне, признаваясь самим себе в любви и страсти. Но на этом направлении жизненных радостей Андрею точно надо сразу затормозить.
Он пригласил на ужин двух мужчин-подчиненных и женщину-менеджера Людмилу, которая в деле стоила пары десятков мужиков. Со стороны Валерии было человек пятнадцать.
Гости Валерии в основном учились с ней в элитной школе, после которой она в принципе поставила крест на дружбе с постоянным общением. Новых подруг и друзей не заводила. А из бывших соучеников выбрала тех, кто прошел в категорию нужных людей. Служащие правительства, разных министерств, районных администраций. Не первые лица, конечно, но полезные клерки.
