Она посмотрела на него, и, казалось бы, она не приложит усилий для его увольнения, но стоит опасаться таких взглядов, как сейчас. Она положила ладони на свои бедра и сказала:
– Инструкция над мониторами.
Владимир взглянул и увидел желтый наклеенный лист с некоторыми правилами, например, “Не включать вентиляцию при проведении работ с электричеством”, или “Если вы нажмете на кнопку “К-1”, то переключитесь на осмотр входа” и так далее.
– Ну, это понятно.
– Я уверена, что Григорий тебе не расказывал про обязанности, верно? Это он мне поручил.
– Только комнату показал. Знаю поврхностно. И я готов вас выслушать.
Агриппина взяла из угла маленький табурет, который почему-то Владимир сразу не заметил, и присела напротив него. Она взглянула на него виновато и прося то, чего не просила несколько лет с момента прекращения работы ее магазина.
– Володь.
– Да, что такое?
– Володь, все, что тебе нужно, – это смотреть в мониторы и следить за “Шоколайтингом”.
Владимир заметил ее обеспокоенность в этом, и не жалеет ли она, что ее старый друг будет сидеть в этом кресле? Тут она уже не владеет торговым центром, и в случае чего она не спасет его, а лишь проводит его грустным взглядом, стоя у входа за автоматическими дверьми, вытирая локтем глаза. Или же Григорий посчитает уволить их обоих справедливым решением. Тогда он будет стоять и провожать их за дверьми, только уже не плача.
– Включай его, – сказала Агриппина, указывая на кнопку питания.
Владимир включил компьютер, и спустя пять секунд с ним можно было работать.
– Смотри, – начала она, – всего двадцать камер, десять на первом, на втором тоже десять. Простыми щелчками ты переключаешь мышкой по камерам. Тут как бы схема всего первого этажа, а на втором мониторе второй этаж, все просто.
На двух мониторах изображены схемы в виде перевернутых буков “Н”, с большими точками – это местоположения камер.
– Еще вон те тумблеры на стене – это вентиляция, ее нужно включать за десять минут до открытия и сразу после закрытия торгового центра.
Владимир заметил телефон у первого монитора, как он его только разглядел при таком холодном и жадном освещении.
– А это…
– Это телефон, там написаны все нужные номера при необходимости. На этом все, экскурсия закончена. Теперь приходи к десяти часам вечера. А уходить тебе можно только в девять утра. Вот ключи. И не забывай делать хотя бы один обход.
Она кинула на стол ключи и равнодушно покинула комнату. Владимир опустил свой взгляд вновь в пол, не понимал, как Агриппина Владимировна изменилась за один час работы? Где ее дружеское отношение или же хотя бы взгляд пронзающе-испепеляющий? И все. Нет ни того, ни другого. Только Владимир.
Покидая свою комнату, Владимир заметил Григория, тот сидел за столиком, жуя сэндвич и разглядывая один из постеров “Чудо торжеств”. Ему точно не нравились эти персоны, которые были сегодня на открытии. Довольно забавно видеть взрослого мужчину за столиком среди остальных столиков с детьми с уточками, подаренными “Чудом торжеств”.
Осталось дождаться вечера, и Владимир приступит к своей работе. Настанет первый сон “Шоколайтинга”, и тогда Владимир должен проявить себя с хорошей, и главное, дружеской стороны, какой Владимир не чувствовал сегодня со стороны Агриппины, он даже не собирался сегодня к ней идти. Не обида, а простое непонимание, и всего-то.
Близился вечер. Владимир листал газету “Телесемь”, попутно щелкая семечки. Он дожидался своей смены, своего времени. А время только восемь.
– Опять этот “Шоколайтинг”, наслышался уже! – заметил Владимир, перелистывая очередную шуршащую желтую страницу.
Страница гласила: ““Шоколайтинг” стал главным объектом внимания для всех жителей города. Открытие произошло в присутствии основателя проекта, Петра Глухарева, не менее сияющего Сергея Заруцкого, основателя копании “Чудо торжеств”, а так же всех остальных рабочих и сотрудников. “Шоколайтинг” приглашает всех жителей провести свои выходные здесь, узнать о лучшем гипермаркете “Лайт”, узнать о лучших магазинах одежды, например, “Gloria Jeans2”, а так же посетить лучшие детские аттракционы и вкусно перекусить”.
– Ясно, и тут он.
И маленькое прикрепленное фото с плохим изображением. Точно заметен Сергей с блистательным пиджаком и с радостной и в то же время безумной улыбкой и Петр с любительской и чересчур скромной улыбкой радости. Остальное расплывчато. Хотя нет. Григорий. Он стоит у угла, где идет второй поворот от тупика направо от входа.
– Гриша, ты что, не рад? У тебя работа прекрасная, а ты смотришь на этого праздничного кролика, которого зовут Сергей. Что ж ты не рад?
Хруст, хруст, а затем перелистывание страницы.
И снова пошли вакансии для известнейшего торгового центра. Владимир закрыл газету. Время девять часов вечера. Не час, конечно, займет путь длиною примерно триста метров, но лучше сейчас, чем дочитывать известия о “Шоколайинге”.
– И не позвонила, и не радовалась моим не совсем уместным шуткам, – начал Владимир, уже подходя к торговому центру.
