— Донор спермы женится? — выпаливает Джульет.
— В эту пятницу, — подтверждает мама, и ее голос звучит так же измученно, как и все остальное в ней.
Мое сердце разрывается из-за нее. После развода мама металась от парня к парню. Хотя она никогда этого не говорила, я думаю, что она искала замену моему отцу, но так и не нашла. Должно быть, она переживает, зная, что он живет с другой.
— Я не понимаю, почему я должна быть там. Его не было ни на моем выпускном, ни на вручении аттестатов в школе. Почему я должна быть на его свадьбе?
— Верно говоришь! — поддерживает Джульет.
Мама закусывает губу.
— Я сказала ему, что тебе нужно где-то остановиться.
Мое сердце уходит в пятки.
— В смысле, где-то
Не может же она всерьез ожидать, что я перееду к отцу, которого не видела с детства, и его новой жене, которую тоже никогда не видела.
— Да. Пока. — Морщинки вокруг ее глаз и между бровями углубились за месяцы, прошедшие после инцидента. — Тебе нужно безопасное место, а Уэйкфилд таковым не является. Твой отец сказал, что ты можешь переехать к ним и перевестись в Университет Даймонд. Они помогут тебе переехать в общежитие после свадьбы. У него будет медовый месяц, но он не будет долго отсутствовать, и ты будешь находиться в кампусе в окружении охраны. А у его невесты сын учится в “Даймонде”, так что, если тебе что-то понадобится, там будет к кому обратиться.
В тишине мы с Джульет обмениваемся расширенными взглядами. Я не могу поверить, что мама только что обрушила на меня серьезную бомбу голосом, которым другие сообщают о плохой погоде. Как будто мы не будем жить в нескольких часах друг от друга впервые в моей жизни. Как будто мне будет безопаснее и счастливее жить с совершенно незнакомыми людьми.
— Ты, наверное, это несерьезно.
Она вздыхает, зная, что именно так я бы и восприняла эту новость. Вот почему она все устроила за моей спиной.
— Твоя безопасность — моя забота номер один. Ты здесь больше не в безопасности, Сиенна.
— Она не ошибается. — Джульет сжимает мою руку, — редкое проявление физической привязанности. Она тоже беспокоится обо мне.
Я хочу продолжать спорить с мамой по этому поводу, но она права. Здесь я не в безопасности. Несмотря на то, что от перспективы уехать у меня скручивает живот, часть меня отчаянно хочет убраться к черту из Уэйкфилда и подальше от футбольной команды, которая нарисовала мишень на моей спине.
Мой отец пытается наладить наши отношения, и даже если это будет чертовски неловко, я буду проводить большую часть времени в кампусе. Может, все будет не так уж плохо.
— Итак… Когда я уезжаю? Потребуется, по меньшей мере несколько недель, чтобы перевестись в другой колледж. — Кто знает, что случится со мной за это время.
— Я отправила твое заявление больше месяца назад. — Мама опускает руку с корзиной для белья и обеими руками заправляет волосы за уши. Ее нервная привычка. — Я просто… не могла заставить себя сказать тебе. Я все еще не была уверена, что смогу смириться с тем, что отпущу тебя. Но я не должна была позволять этому продолжаться так долго. Прошлая ночь могла закончиться гораздо хуже.
Теперь ее руки трясутся, губы дрожат вместе с ними, а голубые глаза Джульет широко распахиваются, и она подталкивает меня, чтобы я обняла ее.
Я обнимаю маму, и она шмыгает носом мне в плечо. Мы стали одного роста с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать, и с тех пор она чувствовала себя скорее сестрой, чем мамой. Она так занята, пытаясь сохранить крышу над нашими головами, что забывает о таких вещах, как покупка продуктов, выключение духовки и запирание двери перед сном. Если я буду жить с отцом, кто будет заботиться о моей маме?
Впервые после инцидента в моих венах закипает гнев на Маркуса за то, что он поставил нас в такое положение.
— Я не могу уехать, мам. — Я сжимаю ее крепче. — Я нужна тебе.
Она качает головой.
— Что мне нужно, так это чтобы моя дочь была в безопасности.
— Но кто разбудит тебя, если ты забудешь завести будильник? Кто проследит, чтобы счет за электричество был оплачен? Кто…
— Я. — Она отстраняется, и ее карие глаза полны решимости. — Заботиться обо мне — не твоя работа, это моя работа заботиться о тебе. Со мной все будет в порядке. — Она вытирает слезу с моей щеки, прежде чем кивнуть на мой телефон. — Скажи своему отцу, что ты приедешь.
Дыхание клубится передо мной, когда я выхожу на лед, а рассвет едва пробивается над горизонтом.
Тренер был бы в бешенстве, если бы узнал, что я здесь.
