Надо мной пролетела пара птиц, наполняя пространство свистом ветра и звуками хлопков крыльев, а я неподвижно сидела на своём стуле, задумчиво любуясь на розовое зарево, заливающее край неба над зубчатой стеной академии и далёкими горами. Красный солнечный диск постепенно склонялся к россыпи фиолетовых облаков, на горизонте, намереваясь нырнуть туда, словно в мягкую постельку и готовясь спать там до завтрашнего утра. Зной дня уходил, и я чувствовала прохладу. Нужно было вставать и возвращаться в свою комнату. Но мне хотелось посидеть ещё хоть немного на опустевшей веранде, под бесконечно огромным куполом небес, где совсем скоро покажутся первые робкие звёздочки подступающей ночи.
«Вот и закончился мой первый день в академии», – мысленно сказала я себе, чуть улыбнувшись и с наслаждением вдохнув вечернего воздуха, наполненного своими неповторимыми ароматами. – «Первый шаг сделан. Никто ничего не заподозрил. Я отлично отыгрываю свою роль. Всё будет хорошо».
Когда я вернулась в свою комнату, там уже была Кристина. Она сидела за столом и занималась домашним заданием. Рядом с ней зажжённый фонарь, а в комнате полумрак. По-прежнему приоткрыта дверь на балкон. Из сада лениво втекает вечерняя прохлада и аромат цветов. Потоки воздуха едва заметно колышут тюль. Кроме того, снаружи доносятся приглушённые голоса, периодически прерываемые тихим и мелодичным смехом. Видимо, где-то совсем рядом, на другом балконе, две девушки что-то весело обсуждают между собой. Но слов не понять. Говорят слишком тихо.
– Алиса! Наконец-то! Я тебя потеряла. Где ты была? – обрадовалась моему появлению Отис.
– Встречалась с Миналье, а потом прогулялась вдоль пруда, – я усмехнулась. – Тебе голоса из окна не мешают уроки делать?
–Нет. Это Карина и Сильвия. Они этажом выше живут и всегда в это время на балконе чай пьют. Я привыкла уже. Алиса! Скажи лучше… Ты сделала свои уроки?
– Да, – я кивнула.
– Посмотри у меня эту задачу, пожалуйста. Что-то я сомневаюсь в ответе.
– А ты думаешь, я в математике разбираюсь лучше тебя? – я, смеясь, покачала головой.
– Нет что ли? – Кристина изобразила страдание на своём лице. – Математика даётся мне так тяжело. Ты не представляешь. Я надеялась, что ты, наконец-то, станешь моим спасением.
– Ну, давай посмотрим, – подвинув стул, я села к ней за стол.
– О чём говорили с Миналье? – как бы невзначай поинтересовалась Отис.
– Сегодня утром кто-то, без разрешения, применял магию. А я, как назло, оказалась в числе десяти подозреваемых, – я вздохнула, – потому что в тот момент была вне класса и учителя не видели, чем я занимаюсь.
– А разве это не ты была? – Кристина странно на меня покосилась.
– В смысле?! – я удивлённо посмотрела на девушку, и меня разобрал смех. – Ты на меня что ли думаешь? Зачем мне делать такое?
– Прости, – Отис немного смутилась. – Просто когда ко мне подходил член дисциплинарного комитета и расспрашивал о тебе, мне показалось, они абсолютно уверены в том, что это ты использовала магию. Им только не понятно было, что именно ты сделала.
– Серьёзно?
– Такое впечатление, – Кристина пожала плечами.
– Ты, кстати, неправильно задачку решила, – сказала я, улыбаясь. – Посмотри ещё раз во втором действии. Ничего тебя не смущает?
Девушка уставилась в свой листочек.
– Хочешь сказать, здесь не двенадцать должно получиться? – наконец спросила она после непродолжительных раздумий.
– Конечно, нет. Посчитай ещё раз, а я пока схожу за кипятком. Тоже попьём чай на балконе, когда с задачей закончишь. Чем мы хуже остальных?
– Хорошо, – Кристина кивнула головой, улыбнувшись в предвкушении. – У меня шоколадные конфеты есть.
– Отлично.
Потом мы действительно неспешно пили чай, сидя на балконе и любуясь прекрасным видом на тёмный сад с редкими фонарями в изумрудной листве. Между делом Отис рассказывала мне о своём детстве и семье, а я слушала в пол-уха, наслаждаясь покоем и умиротворением. По словам девушки, её отец достаточно богат и считает долгом чести дать своим детям достойное образование. Вот и Кристине пришлось, вслед за братьями, поступать в академию, хотя сама она какой-либо тяги к учёбе не испытывала и едва смогла сдать вступительные экзамены.
– Ты не представляешь, как я уже устала учиться, – жаловалась девушка, страдальчески заламывая руки. – А ещё три года находиться здесь, вдали от дома и семьи, без служанок и горничных. Я помру с тоски за это время.
– Тебе выделяют деньги? – спросила я, грея руки о тёплую чашку.
– Да, – Кристина вздохнула. – Но не так много, как хотелось бы. То и дело приходится брать бесплатные блюда в столовой и ходить в бесплатную баню. А там очень некомфортно и мыло отвратительное. Такое, наверное, матросам выдают.
– Понятно, – я кивнула, задумчиво глядя в темноту.
– А у тебя как с деньгами? – осторожно поинтересовалась Кристина, видимо, боясь испортить мне настроение своим вопросом.
