– Почему в тридцать-то? – удивилась я.
– А что? Ты торговаться хочешь?
– Разумеется, нет. Я и одного реала бы вам не дала.
– Конечно, – маркиз кивнул, мерзко улыбаясь. – Потому что у тебя денег нет. Но ты не волнуйся. Просто отработаешь мне необходимую сумму. Только и всего. Дай твою сумку.
– Ещё чего? – я нахмурилась и попятилась.
– Куда же ты? – маркиз рассмеялся. – Неужели думаешь, что сможешь убежать от нас в своей юбке? Да и мы всё равно от тебя не отстанем. Тебе никуда не деться из академии. Так или иначе, расплатиться всё же придётся.
Мимо проходили другие студенты и бросали на нас недоумённые взгляды. Я могла бы обратиться к ним за помощью, но не хотела втягивать посторонних в свои проблемы.
– Что происходит? – Возле нас остановилась Мила Листвард.
– О! Мила! Доброе утро! Ты уже позавтракала? – я улыбнулась девушке.
– Ага, – Листвард кивнула, немного озадаченно. Почему-то у неё в руках была тяжёлая мужская трость с массивным шаром на конце, в качестве ручки.
– Иди отсюда! – угрожающе сказал Аванис, нахмурившись. – Ты не видишь, что у нас с ней разговор?!
Мила посмотрела на него и снова повернулась ко мне.
– Может мне позвать кого-нибудь, – спросила она чуть тише.
– Нет, – я, улыбаясь, качнула головой. – Всё хорошо. А ты почему с тростью ходишь?
– Меня попросили отнести эту штуку в медпункт.
– Отлично. Можешь одолжить мне её на минуточку?
– Конечно, – Мила протянула мне тяжёлую палку. Я покачала её в руке, оценивая вес, а потом ловко прокрутила, перебирая пальцами, изображая мельничное колесо, так быстро, что трость превратилась в мельтешащий круг, и послышался свист ветра.
– И что ты задумала? – Генрих скептически усмехнулся. – Неужели полагаешь, что тросточка тебе поможет? Дюк, ты это видел? Кажется, нас собираются палкой побить.
– Ага!
Парни рассмеялись.
– Тебе бросили вызов, маркиз! – давясь смехом, сказал Либрен.
– Воистину. Поверить не могу, что этот день настал. Господи! Ну и цирк! Я сейчас со смеху помру, – Аванис пальцем потёр под глазом. – Ладно. Кажется, пришло время кое-кого проучить, чтобы не зазнавалась. Дюк, будь добр, принеси мне вон ту метлу.
Вокруг собиралось всё больше зевак, шедших из столовой, но решивших остановиться, чтобы поглазеть на это бесплатное представление.
– Будь осторожна, – сказала Мила тихо. – У Генриха четвёртое место в зачёте по фехтованию. Думаешь, ты справишься с ним?
– Сейчас посмотрим, – я улыбнулась. – Спасибо. Отойди, пожалуйста, на тридцать шагов. Мне нужно пространство.
«Представления не имею, справлюсь я с ним или нет. Я волшебница, а не мечник. Если этот парень, действительно, талантливый фехтовальщик, то мне несдобровать. Но в первую очередь, это дети. Вряд ли кто-нибудь из них был в реальных боях. Опыта у них ноль. Поэтому кое-какая надежда у меня есть. Генрих физически сильнее меня. Но я, возможно, более проворная и ловкая. Если же это не так, то мне конец».
Пока Дюк ходил за метлой, я закинула трость на плечи и начала делать простые упражнения, разогревая мышцы и готовясь к бою. По толпе зевак покатились удивленные голоса.
– Они драться будут? Что происходит вообще? Ты когда-нибудь видел такое?
Аванис, глядя на меня заметно помрачнел, и у него пропала улыбка с лица.
«Ну что?» – думала я про себя. – «Начинаешь относиться ко мне серьёзнее? Думал, всё будет просто и легко? Достаточно немножко запугать новенькую, чтобы она покорно служила тебе, как верная собачка? Но всё постепенно заходит слишком далеко. И последствия могут стать весьма неожиданными. Правда, я сама пока плохо представляю, что буду делать, если меня сейчас побьют. Как я отмоюсь от такого позора? Ну, да ладно. Будем надеяться на лучшее. Я неплохо переношу боль. Таким меня не напугать. Буду стараться сделать, что смогу. Может мне удастся просто измотать противника».
– Вы чего затеяли? – откуда-то слева подошёл Никас Роксфен и схватил Аваниса за руку.
– Отстань, – маркиз нервно дёрнул локтём. Не видишь, у нас битва намечается? Девчонка бросила мне вызов…
– Если бросила вызов, прими его и назначьте официальную дуэль, – перебил Генриха Никас. – Чтобы всё было по правилам.
– Плевать мне на правила, – Аванис усмехнулся. – Она первая начала. Я из неё сейчас отбивную сделаю, и мне никто слова не скажет.
– Скажут, – Роксфен покачал головой. – Драки, в любом случае, запрещены. Вас обоих в карцер запрут или ты опять кучу денег потеряешь. Оглянись. Вон парни из дисциплинарного комитета стоят и на вас смотрят, но ближе не подходят. Видимо, спугнуть добычу не хотят.
Я посмотрела в направлении, куда указал Никас. В тридцати метрах впереди был полукруг декоративных колонн, вокруг большой изящной чаши с водными растениями. Там действительно стояли два парня с гербами дисциплинарного комитета на форме и делали вид, что беседуют между собой, но при этом они внимательно следили за нами краем глаза.
– Проклятье! – маркиз сморщился, как от зубной боли. – Она первая палку в руки взяла.
– И что? – Никас усмехнулся. – Будешь драться с девушкой, опозоришься на всю академию. А если ещё и проиграешь ей, никогда не сможешь оправиться от такого позора.
