Ну что я могу сказать? Когда-то, когда я еще не был женат, но уже работал в типографии, и сама типография находилась по другому адресу, со мной произошел ничего не значащий случай. В здании типографии был длинный коридор с окном в торце. В полдень, солнце светило прямо в окно и проходящие по коридору против света сотрудники превращались в нечеткие, почти черные силуэты. Так вот однажды, в полдень, я вышел в этот коридор, и увидел в самом конце коридора, совсем рядом с окном силуэт девушки, которая шла мне навстречу. Ах, что это был за силуэт, какая прекрасная стройная фигура. Она шла в солнечном ореоле как богиня. Поражённый такой красотой, я даже замедлил шаг, да и с дыханием у меня что-то изменилось. Короче говоря, я был уже почти влюблён в обладательницу этой божественной фигуры. По мере того, как мы приближались друг к другу, начали проявляться детали неотразимого силуэта. Чем больше становилось деталей, тем меньше обладательница этого силуэта напоминала богиню. Наконец, дистанция между нами сократилась до того, что я смог различить её лицо. Меня ждало большое разочарование. Но не будем больше о грустном. Лучше б я не видел её лица…
Так вот, постигшее тогда меня разочарование ничто по сравнению с шоком, который я испытал в тот миг, когда обернулся и увидел, от кого упала тень. Передо мной стояла дряхлая старуха. Её возраст точно определить было невозможно, ей могло быть и девяносто лет и сто девяносто. Выглядела она очень нелепо. На голове был кружевной чепец, губы были накрашены бантиком ярко-красной помадой, и на щеке была прилеплена совершенно бесполезная мушка, которая терялась в россыпях бородавок. За плечами у нее висела сумка с бахромой.
–Если бы вчера меньше пил вина, то сегодня бы меньше пил воды, – сказала старуха, на удивление мелодичным и молодым голосом.
Я ничего не ответил. Ещё не отойдя от шока,я молча, стоял истуканом, и смотрел на неё.
–Что уставился? Давно женщину не видел? Да у тебя со мной ничего не выгорит, даже не мечтай. Ты не в моём вкусе. Мне нравятся крепкие мускулистые мужчины, а ты … (нецензурное слово). Ты даже бабу на руках поднять не сможешь, – она произнесла это всё тем же спокойным мелодичным и молодым голосом, который совершенно не вязался с её внешним видом.
Моё состояние истукана продолжилось. Я просто не знал, что и сказать.
–Надо торопиться, –снова заговорила старуха, –они переборщили с этим герцогским … (нецензурное слово). Наведя на него чары страха, они лишили его не только смелости, но и рассудка. Ему и в голову не пришло, что здесь-то я уж точно отыщу то, что мне надо раньше их. Давай быстрее кольцо, девочку надо спасать пока не поздно.
Я не сомневался, что под словом «девочка» она подразумевает мою жену. Поэтому сразу же снял кольцо с пальца и отдал его старухе. Старуха схватила его, и некоторое время пыталась надеть на свой указательный палец. Попытки были тщетны. Кольцо оказалось для неё очень маленьким, и никоим образом надеть его было невозможно. Убедившись, что её попытки бесполезны, она достала из сумки платок и какой-то предмет, который я не смог как следует рассмотреть, потому что она прятала его в руке. Завернув кольцо в платок, она стала шептать какие-то слова и проводить рукой с предметом круги над платком. Затем попытки надеть кольцо были возобновлены, впрочем, с тем же результатом. После чего она разразилась монологом, передать который я не смогу. Я не знаю, как отобразить текст, в котором подавляющее большинство слов нецензурные. Когда такие слова кто-нибудь произносит в интервью в теленовостях, то голос говорящего обычно приглушают и раздаётся сигнал «пип». Можно конечно изменить некоторые слова как, например, в известной частушке:
Мимо тёщиного дома
Я без шуток не хожу.
То ей нос в окошко суну,
То ей фигу покажу.
Всем понятно, что вместо слов «нос» и «фига» в оригинале упоминаются другие части тела, но приличие соблюдено. Правда, смысл несколько исказился. Поэтому, чтобы не исказить смысла, я всё же прибегну к методу из теленовостей. Монолог старухи звучал примерно так: «Вот «пип пип», действие «пип» заблокировало на « пип», «пип» не отменяется. Надо было «пип», другое заклинание «пип», кто ж знал, что оно настолько особенное «пип-пип», и что такая «пип» получится. «Пип-пип пип пип…».
–Ну, что красавчик, –немного успокоившись и протягивая мне обратно кольцо, сказала старуха, – придётся тебе самому всё расхлёбывать.
–А что делать то надо? –обрел я, наконец, дар речи.
–Сейчас научу, –сказала старуха и обеими руками обхватила меня. Я, не ожидая от неё такой прыти, начал вырываться из её объятий. Но старуха оказалась на редкость сильной и цепкой. Она сцепила свои морщинистые костлявые руки, и вырваться у меня никак не получалось.
–Не бойся, не укушу, –сказала она мне почти в самое ухо, – надевай кольцо на указательный палец правой руки. Пора девочку вызволять.
–На правую руку нельзя надевать, –возразил я, – с моей женой может случиться что-то плохое.
–Кто тебе такую «пип» сказал? – спросила старуха не расцепляя на мне рук.
–Так было в записке написано.