- Папаша Сешар богат,- сказал Пти-Кло, входя в интересы Бонифаса и предусматривая причину возможной неудачи дела.
- Покуда папаша жив, он ни лиара не даст сыну, а этот бывший печатник и не собирается еще протянуть ноги.
- Быть тому!-сказал Пти-Кло, живо склонившись на уговоры.- Я не прошу у вас никакого залога, я стряпчий; ежели вы меня обманете, мы с вами посчитаемся.
"Далеко пойдет, каналья!" - подумал Куэнте, прощаясь с Пти-Кло.
На другой день после этого совещания, 30 апреля, братья Куэнте предъявили к оплате первый из трех векселей, подделанных Люсьеном. К несчастью, вексель вручили бедной г-же Сешар, которая, признав в подложной подписи мужа руку Люсьена, позвала Давида и в упор спросила его:
- Это не твоя подпись?
- Нет! - отвечал он.- Дело не терпело отлагательства, и твой брат подписался вместо меня...
Ева возвратила вексель служащему торгового дому братьев Куэнте, сказав ему:
- Мы не в состоянии заплатить.
И, чувствуя, что силы ее оставляют, она поднялась в свою комнату; Давид последовал за нею.
- Друг мой,- угасающим голосом сказала Ева Давиду,- ступай поскорее к господам Куэнте, они тебе окажут снисхождение; попроси их обождать и кстати напомни, что договор с Серизе скоро кончается и при возобновлении его им все равно придется уплатить нам тысячу франков.
Давид сейчас же пошел к своим врагам. Фактор всегда может стать типографом, но не всегда искусный типограф бывает купцом. Итак, Давид, мало сведущий в торговых делах, дал маху перед Куэнте-большим, и в ответ на свои довольно неловкие извинения, с которых он, едва переводя
дыхание, путаясь в словах, начал изложение своей просьбы, услышал:
- Нас это не касается, вексель мы получили от Метивье, Метивье нам и заплатит. Обращайтесь к Метивье.
- Ну,- сказала Ева, услышав такой ответ,- если все дело в Метивье, мы можем быть спокойны.
