Библия считается величайшим памятником мировой эпической литературы не только из-за своего масштаба (охватывающего сотни поколений), но также из-за яркого описания человечества, рассматриваемого глазами «избранного народа» — Детей Яхве. Но Ветхий Завет во многих отношениях не возвеличивает этих людей так, как это делалось в других текстах Древнего мира при описании царей и героев. Библейские персонажи являются всего лишь людьми, со своими слабостями и грехами. Их успехи и неудачи соотносятся с их преданностью богу Израиля, который в разные эпохи был известен под многими именами: Эа/Энки, Эль/Эльшаддаи, Яхве, Адонаи и просто Йа. Яхве является одновременно искупителем и палачом; он творит чудеса, однако выступает в роли ревнивого божества, которое подвергает свой избранный народ ужасным тяготам и испытаниям, когда они отклоняются от его пути (а они делают это постоянно). Даже такие герои, как Моисей, Иисус Навин и Давид, получают санкцию на совершение того, что мы сегодня назвали бы преступлениями против человечества. Жизнь в Древнем мире была кровавой и жестокой, поскольку разные группы людей боролись за контроль над ограниченными ресурсами Земли, и в этом отношении главные персонажи Ветхого Завета были людьми своего времени.
Но является ли Ветхий Завет историческим повествованием? Этот вопрос я задал еще в начале книги. Ведущие археологи, работающие в этой области, пришли к выводу, что большая часть библейского повествования не поддерживается археологическими и документальными свидетельствами. Эти ученые не являются противниками Библии — они просто смотрят на останки из прошлого и не находят в них корреляции с библейским текстом. В определенном смысле они имели смелость указать на проблемы, выступившие на передний план за последние 150 лет исследований. Одна за другой библейские эпохи подвергались тщательному разбору, и было решено, что вымысел в них преобладает над действительностью.
В наши дни многие археологи, работающие в Леванте, отвергают идею существования Израильской империи при двух великих царях — Давиде и Соломоне. Старейшина израильской археологии, профессор Израэль Финкельштейн, сейчас помещает Соломона в контекст наиболее бедной археологической эпохи Древнего мира — раннего железного века. Соломон, если он вообще существовал, был не более чем местным вождем с архаичным племенным двором, а Иерусалим эпохи Соломона вовсе не был великой столицей богатой империи, как описано в Библии.
Единственный вывод, который можно извлечь из археологии периода IA I-B, состоит в том, что возвышение Соломона до статуса легендарного «торгового царевича» и зятя фараона было делом рук опытного рассказчика гораздо более позднего времени (вероятно, при царствовании Иосии).
То же самое относится к Давиду, хотя он, по крайней мере, в целом считается реальной исторической фигурой, благодаря открытию стелы Телл Дан с фразой «Дом Давида» (арамейск. Beit Dud).
В период Судей дела обстояли немногим лучше. Фактически так называемые израильские племена периода IA I-A и IA II-A в Ханаане (от эпохи Судей до падения Самарии), очевидно, не отличались от народов позднего бронзового века, на смену которым они якобы пришли.
