Тридцатидвухлетняя Сибилла Форсенстрём уже давно порвала со своей состоятельной родней, да и с обществом в целом. Она ночует то в подвалах, то на чердаках, все ее имущество умещается в небольшой рюкзак. И вот однажды, оказавшись не в том месте не в то время, женщина неожиданно для себя становится главной подозреваемой в чудовищном убийстве с похищением органов. За ней охотится вся полиция Швеции, а тем временем происходят все новые и новые убийства. И Сибилле ничего не остается, кроме как провести собственное расследование и самой найти убийцу, вычислив его мотив по цепочке загадочных утрат.
Итак, каждый должен разуметь нас, как служителей Христовых и домостроителей тайн Божиих. От домостроителей же требуется, чтобы, каждый оказался верным. Для меня очень мало значит, как судите обо мне вы или как судят другие люди; я и сам не сужу о себе. Ибо хотя я ничего не знаю за собою, но тем не оправдываюсь; судия же мне Господь. Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога.[1]
Благодарю тебя, Господи, за то, что ты дал мне мужество.
За то, что ты обратил слух Твой ко мне, за то, что услышал мои молитвы и вразумил меня.
Позволь мне стать Твоим орудием. Позволь мне искупить грехи их, и открой врата вечности для любви моей.
Только тогда ко мне вернется надежда.
Только тогда обрету я мир.
Костюм был зеленого цвета и известной марки, и ни один из тех, кто ее видел, не мог предположить, что куплен он в благотворительном «Муравейнике» за 89 с половиной крон. Оторвавшуюся пуговицу на поясе юбки заменила булавка, но этого уже никто видеть не мог.
Махнув официанту, она заказала еще бокал белого вина.
Герой вечера сидел через два стола впереди, но за этими столами никого не было. К делу она пока не приступала и не могла определить, успел ли он увлечься фактом ее существования.
Зато его явно увлекали закуски.
Времени предостаточно.
Она сделала глоток из наполненного бокала. Вино было сухое и охлажденное до нужной температуры. И наверняка дорогое. Но на предмет цены она не задумалась ни на секунду — это ее абсолютно не интересовало.
Краем глаза она заметила, что он на нее посмотрел. Сделала так, что ее взгляд, скользнув по краю бокала, вроде бы случайно встретился с его взглядом. И с нужной дозой равнодушия прошелся дальше по помещению.
Французская столовая в «Гранд-отеле» была действительно шикарным местом. Она уже наведывалась сюда три раза, но этот будет последним, по крайней мере на какое-то время. Жаль — в номерах здесь всегда свежие фрукты, а непривычно толстых полотенец такое количество, что одно может запросто юркнуть в портфель.
Но не надо искушать судьбу. Если персонал ее узнает, все пропало.
Она вытащила из портфеля ежедневник и раскрыла его на сегодняшней дате. В легком раздражении нетерпеливо постучала о стол ногтями, покрытыми красным лаком. Как же она умудрилась назначить две встречи на одно и то же время? Мало того — с двумя самыми солидными своими клиентами!
Краем глаза она видела, что он наблюдает.
Мимо шел официант.
— У вас наверняка есть телефон, которым я могла бы воспользоваться?
— Конечно.
Официант направился к барной стойке, она проводила его взглядом.
Вернувшись, он протянул ей трубку.
— Пожалуйста. Сначала наберите ноль.
— Спасибо.
Она сделала, как было велено, но, прежде чем набрать номер, поискала его в ежедневнике.
— Здравствуйте, это Каролин Форс из «Свидиш Лаваль Сепаратор». Сожалею, но завтра в первой половине дня у меня получилась накладка, и я хочу сообщить, что приду на два часа позже, чем планировалось.
— Двадцать часов двадцать пять минут. Пи-ип.
— Замечательно… Увидимся. До встречи.
«Колбаса салями 14:00», — записала она со вздохом на строке под «жильем в сельской местности», после чего захлопнула ежедневник.
В тот самый момент, когда она снова подняла свой бокал, их взгляды как бы случайно встретились. Она поняла, что завладела его вниманием целиком и полностью.
— Одно наехало на другое? — спросил он с улыбкой.
Она пожала плечами и немного смущенно улыбнулась.
— Бывает, — продолжил он, оглядевшись по сторонам.
Умница, движется прямиком к выставленному капкану и не спускает с нее при этом глаз.
— Вы одна или ждете кого-нибудь?
— Нет-нет. Я только хотела выпить бокал вина, перед тем как идти в номер. У меня был трудный день.
Закрыв ежедневник, она спрятала его в портфель. Еще чуть-чуть, и она у цели. Снова ставя портфель на пол, она подняла глаза — ровнехонько в то мгновение, когда он отодвинул от себя закусочную тарелку и, обернувшись к ней, приветственно поднял бокал.
— Может, я могу составить вам компанию?