Приятели стояли на сквозняке и думали: где же достать денег?
С улицы в подворотню вошла Катя.
Ребята повернулись к стене, будто читают список ответственных съемщиков.
Они даже не шелохнулись, когда Катя осторожно прошла позади них. Только Рэмка свел лопатки, словно ему провели по спине холодным пальцем. Он смотрел на плакат — «Покупайте билеты денежно-вещевой лотереи». Когда Катя прошла, Рэмка сказал:
— Я знаю, где взять денег.
— Где?
Рэмка кивнул на плакат. У каждого из них было по пять лотерейных билетов. Они с нового года копили деньги на эти билеты, потому что на тридцать копеек можно выиграть автомашину «Волга».
— Не годится, — сказал Валерка. — Еще когда мы выиграем… в ноябре.
— Нет, годится, — сказал Рэмка. — Мы эти билеты продадим, и у нас будут деньги.
— А «Волга»?
— «Волгу» выиграем в следующий раз.
Валерка долго смотрел на плакат. Там по нарисованной дороге катила нарисованная машина и нарисованный парень улыбался мальчишкам нарисованной улыбкой.
— Ты настоящий товарищ, — прошептал Валерка.
В этот же день мальчишки стояли возле большого универмага и бойко выкрикивали:
— Приобретайте билеты денежно-вещевой лотереи!
— Дружно поможем государству!
— Имеется возможность выиграть автомобиль «Волга», дачный домик и собственный холодильник.
— Купите счастливый билет!
— Чем вы тут торгуете? — спросил у мальчишек грузный насупленный милиционер. Он уже растопырил пальцы, готовясь схватить мальчишек за воротники.
— Вы нас не оскорбляйте, — возмутился Валерка. — Мы вовсе не торгуем. Мы распространяем билеты денежно-вещевой лотереи.
— Почем? — осведомился милиционер.
— Тридцать копеек. На билетах написано, — вежливо объяснил милиционеру Рэмка и заорал во все горло: — Приобретайте билетики! Проявим инициативу! Граждане, попытаем свое личное счастье!
Милиционер отошел в сторонку, потом вернулся опять:
— От какой общественной организации распространяете?
— От государственного банка СССР, — ляпнул Валерка. А Рэмка вежливо объяснил:
— Мы же по собственной сознательности. Это общественно-полезное дело, а вы нас в чем-то подозреваете.
Чтобы покончить с этим щекотливым делом, милиционер сказал:
— Сколько у вас там билетов осталось?
— Четыре.
— Я приобретаю все. — Он отдал ребятам деньги и машинально потянулся к свистку: — А ну, марш отсюда!
Ребят как волной смыло.
Деньги — вещь удивительная. Ребята словно отяжелели от них. Ими овладело какое-то странное беспокойство.
— Просто к деньгам нужно привыкнуть, — говорил Валерка.
— Просто их нужно поскорее истратить, — говорил Рэмка.
Три рубля — сумма приличная, а если прибавить к ней сорок две копейки, полученные от родителей на кино и мороженое, то это уже целое богатство.
Валерка и Рэмка стояли на лестнице. Валерка — в отутюженных брюках и чистой рубашке. Рэмка сказал: «Буду я наряжаться» — но майку все же надел новую. Каждый держал в руках по кульку конфет.
Они ждали Катю. От скуки ребята принялись кататься на перилах и прыгать сразу через четыре ступеньки.
— Давай съедим по конфетке, — предложил Рэмка.
— Нельзя. Катька заметит, что отъедено.
— Давай из моего. Я ведь не собираюсь дарить. — Рэмка поставил свой пакет на батарею и достал из него две конфеты.
— Бери.
С конфетами время побежало быстрее.
Разноцветные фантики ложились на лестничную площадку, как яркие осенние листья. Когда кулек опустел, Рэмка надул его и грохнул об ладошку.
— Зачем же вы мусорите?
У самых перил стояла Катя. В ее позе отчетливо угадывалась готовность убежать, если что.
Рэмка, веселый и великодушный от конфет, улыбнулся во всю ширину перемазанных щек.
— Здравствуй, Катя. Это не мусор. Это фантики. Мы их мигом. Мы тебя ждем.
— Зачем я вам понадобилась? — спросила Катя.
Валерка выступил вперед и неловко протянул ей кулек.
— Это тебе.
У Рэмки вдруг сделалось горько во рту. Он зло посмотрел на Валерку: «Мои конфеты ел, а свои один Катьке дарит».
— Это от нас: от меня и от Рэмки. Ешь на здоровье, — сказал Валерка.
Может быть, Катя проголодалась; может быть, она решила не упускать случая и тут же приступить к воспитанию мальчишек, а может, и по другим каким причинам, но от конфет она не отказалась, даже села на подоконник между приятелями и предложила:
— Давайте есть вместе.
Валерка взял конфету двумя пальцами, осторожно, как мотылька.
— Ты знаешь, — сказал он, — мы с Рэмкой уже наелись. Мы с ним уже три килограмма съели.
«Врет, и всего-то полкило было в двух кульках», — подумал Рэмка. Есть конфеты он отказался. Настроение у него начало портиться. Катя почти все время разговаривала с Валеркой. А тот разошелся и начал есть конфеты без зазрения совести: Катя — одну, он — две.
Рэмка сидел мрачный, двигал скулами и все время старался придумать такое, чтобы Катя сразу повернулась к нему и больше уже с Валеркой не разговаривала.
— Хватит тебе конфеты есть, — сказал он вдруг. — Объешься.
Катя поперхнулась и, замигав глазами, посмотрела на Рэмку.
Рэмка растерянно шмыгнул носом.
— Это я не тебе. Ты ешь. Это я Валерке. Три кило сожрал, и все мало. Куда в него только лезет.
Катя засмеялась и весело посмотрела на Валерку.
