И Ярослав постарался использовать замешательство на полную катушку, он старался максимально закручивать тяжёлый меч, круша всё на своём пути. Обрубая нацеленные на него колья, раскалывая лёгкие орочьи щиты, отрубая держащие оружие руки. Очень быстро счёт лишившихся ног врагов, перевалил за десяток. Кровь из перерубленных артерий залила доски помоста, сделав их скользкими. По пятам за железным человеком шли модоны, добивая раненых. В конце концов, вокруг Ярослава образовалось пустое пространство, в которое не смели входить ни враги, ни друзья. Первые боялись не минуемой смерти постигшей их товарищей, а вторые в страхе перед бешено сверкающим остриём полутораметрового меча, не разбирающим кто свой кто чужой.
Минутное замешательство быстро закончилось. Ободренные успехом модоны неистово кинулись на отступающих орков. И вскоре те обратились в бегство, в страхе прыгая с лестниц. Победа возле ворот оказалась полной, последние враги всё ещё пребывавшие на стене, спасая свои жизни, вынуждены были прыгать прямо сверху в низ, на вал и ров, ломая себе ноги. В довершение всего модоны разрушили все приставленные лестницы, временно лишая противника возможности подняться наверх.
Затем пришло ликование. Уставшие люди веселились, как дети, они выкрикивали оскорбления вслед бегущим врагам. Звали вернуться назад и получить добавки. Называли их трусами и обещали задать трёпки вновь, если те посмеют вернуться.
Всеобщая радость победы не смогла обойти Ярослава. Он взобрался на парапет стены над воротами, благо, что стрелы перестали лететь, и размахивая своим знаменем, горланил оскорбления вслед за модонами. Постепенно эйфория спала, он сошёл на землю, передав знамя Молчуну, который всюду таскал его с собой. Теперь он был уверен, что его заметили не только на этой, но и на той стороне, а значит, остерегутся вновь нападать, хотя бы некоторое время, которое будет потрачено на переправу. Его окружали возбужденные, незнакомые люди, все они старались выразить своё восхищение по поводу действий в бою. Некоторые панибратски хлопали его по плечам, некоторые кланялись, выражая благодарность. Подходили знатные вожди и простые воины, что-то говорили, но Ярослав в сутолоке не всё понимал. Наконец сквозь толпу протиснулся Олег:
─ Что, доволен? — спросил он.
─ Ага! — согласился тот.
─ Посмотри на себя, на кого ты похож, точно мясник с базара.
Только сейчас Ярослав обратил внимание, его белоснежный актеон, по пояс был залит кровью.
─ Да-а! — утвердительно заявил Олег, — не зря тебя живодёром прозвали. Точь в точь мясник, и даже фартук белый.
─ А…а, — протянул в ответ тот, — ерунда, не моя кровь.
─ Болван! Зачем так обращать на себя внимание?
─ Зато теперь остерегутся лесть на стены, не так будут уверены в себе. Аборигены их порядком покрошили.
Они отошли в сторону от толпы к парапету в сопровождении лишь своих.
─ Я опасаюсь не вуоксов, — продолжал Олег.
─ А кого? — спросил Ярослав.
Немного помедлив, тот продолжил вопросом на вопрос, указывая рукой в даль, на лес.
─ Ты что-нибудь видишь там на горизонте?
─ Где над лесом?
─ Да.
─ Ну, ровно как свет, как фара горит или костёр отсвечивает в облаках.
Тучи шли низко, всё небо заволокло тёмными грозовыми облаками, но не ожидаемого дождя ни грозы. Свет померк, и время казалось вечерним, хотя напротив ещё утро.
─ Откуда там возьмётся фара и тем более такой костёр, что осветит небо?
─ Не может быть, — догадался Ярослав, — Красный колдун?
─ Он самый, — заключил Олег, — и нам не стоит его раздражать.
─ Я не думаю…
Но его прервали, из-за спины послышался голос Лимона.
─ Господин начальник экспедиции, донесение от Шестопёра. Толпа орков движется вдоль берега к переправе.
─ И что Шестопёр? — спросил тот.
─ Ожидают боя, — коротко ответил Лимон.
Олег с Ярославом переглянулись и, не сговариваясь, поспешили к лошадям, все земляне последовали за ними.
Переправа вовсе не была беззащитной. От самих стен, вниз по косогору до среза воды шел частокол, два метра высотой, с небольшой насыпью изнутри. Это укрепление охватывало пристань с обеих сторон и служило укрытием для многочисленных местных лодок, количество которых явно превышало пять десятков. Однако такая преграда не может удержать многочисленного и решительного противника.
Вуоксы двигались вдоль реки по песчаной косе, метров тридцать, от среза воды до косогора. Сверху их довольно интенсивно обстреливали защитники крепости, но ни стрелы, ни камни, сбрасываемые со стен, не останавливали их.
