─ Порох — запросто и на большом расстоянии, только кто его надоумит, ведь чтобы поджечь, надо сначала знать, что поджигать. Я понимаю, к чему ты клонишь. Может ли обычный колдун воспламенить наши патроны. Думаю, сможет, если научится, а мы с тобой не должны дать ему такой возможности, так что держи свой «макаров» подальше. Ты сумел в суматохе пронести пистолет, но он у нас единственный, другим оболтусам я не дал такой возможности, отобрал всё, что прятали. Ещё скажу: некоторые технические новинки не так страшны, как может показаться на первый взгляд. К примеру, электричество, компьютеры или бинокли. Последние здесь давно применяют в виде подзорных труб и поэтому они не новинки вовсе. Отсюда следует, что фотоаппараты и фотопроцесс скрывать также не имеет смысла, раз на Троне оптику делают свою. Все подобные технологии не убивают людей. Да и разбираться никто не станет, посчитают волшебными артефактами древних и всё. А вот такие слова как пироксилин, напалм надо под страхом смерти запретить говорить, даже во сне.
─ Может, создать комитет, — язвительно предложил Ярослав, — пусть решают, что можно, а что нельзя.
─ Пока всё нельзя, а там видно будет.
─ Вон ты какой, не боишься, что народ тебя за жабры возьмёт и на солнышко сушиться повесит?
─ Неужели ты думаешь, Славка, что я ввязался в это дело, не прикрыв своей задницы?
─ Когда надоест людям тебя слушать и слушаться, повяжут тебя и под пыткой заставят открыть тайну Врат, и сбежать не успеешь. Ты думаешь, урки с зоны или мой Жиган сюда из альтруизма подались? Ничуть не бывало, они воровать на Земле хотят, а на Троне прятаться, во лафа будет, хрен догонишь, а догонишь — хрен возьмёшь.
─ Не смеши меня, Слав, тайну Врат говоришь. Рылом не вышли, ведь не только знания, ещё и способности нужны. Я здесь, на Троне пять лет ошивался, думаешь, зря? Тоже кое-чему научился, верхушек насшибал, а из вас, охламонов, кто Врата найдёт? Ни один! Так что вам меня беречь надо, пылинки сдувать, голову мою беречь, чтоб не ушиб, а то не дай бог, амнезия.
─ Ты на меня, Олег, не наезжай, я тебя пытать не собираюсь, ни сейчас, ни в будущем. Только если народу разонравишься, на цепь посадят, никуда не денешься, и я один не смогу тебя защитить.
─ Да не беспокойся ты, Слав, сумею я за себя постоять, есть у меня такие возможности, не скажу какие, но дойдёт до дела, увидишь.
─ Будем надеяться, что не дойдёт.
─ И урок, если надо, обломаем.
─ Зачем ты их только за собой потащил? На кой они тебе и бомжи эти тоже, что, нормальных людей не было?
─ В том то и дело, что нет, какой дурак вроде нас сунет голову в петлю. На необжитые места никто не хочет ехать, а вот когда у нас посёлок будет, народ пойдёт получше. Уже во второй партии люди будут степенные и семейные. Насчёт нашего современного контингента ты также глубоко заблуждаешься. Америка и Австралия своим населением во многом обязаны каторжникам, у нас в России эта практика — отправлять на поселение в Сибирь осуждённых — применялась с большим успехом. Люди, попав в новые, более свободные условия, получив большие возможности, заводили семьи, оседали на земле, становясь законопослушными гражданами. Не думаю, что Трон будет исключением, и здесь люди станут вести себя иначе, хуже, чем они есть на самом деле. Уже сейчас, спустя пару недель, перед лицом опасности, они стараются сплотиться. Отбросив собственную лень, трудятся, потому что ради собственного живота готовы приложить любые усилия.
В третий раз Ярослав оказывался в тупике после ответов Олега. У того всё получалось гладко и вроде как заранее, ещё до похода, продумано.
─ Да, я тоже читал, что в Австралии каждой семье переселенцев придавали по четыре заключённых, которые были обязаны тем помогать на новом месте, но у нас несколько другие условия, за нами нет государства.
─ У нас и контингента этого намного меньше, и у них только два пути или смириться или погибнуть.
─ Ты только что говорил древние. Что за древние? — резко сменил неудобную тему Ярослав.
─ Есть тут такие. За всем наблюдают и во многое вмешиваются. Легендарные существа, никто их не видит и не слышит, а они прячутся неизвестно где и через своих агентов управляют Троном, сами, оставаясь в тени, но интересы свои защищают в ущерб всем другим.
Правда, легенды о них или нет, я не знаю. Сам слышал только слухи портовых сплетниц да уличных сказителей, но под всей этой шелухой есть некоторые основания. Есть, и это факт, непонятные руины их городов. Многие местные артефакты приписывают именно им. Многие непонятные явления принято списывать на проделки древних или гнев богов.
─ Кто они? — Ярослав проявлял нетерпение.
