Она появилась внезапно. Я мог поклясться, что только что на берегу никого не было, и тут, словно из воздуха, возникла она. Её босые ноги, казалось, едва касались прибрежного песка. Широкое белоснежное одеяние лишь изредка под порывами ветра позволяло увидеть идеальность изгибов её тела. Длинные светлые волосы тяжёлыми шёлковыми локонами покрывали спину. Я не мог оторвать от неё глаз. Душу заполонили тепло и нежность. Это было новым для меня. Мой рационализм взорвался в один миг, разнёс в клочья сердце и вновь собрался во что-то новое, более ценное, вмещающее в себя целый мир. Дыхание сбилось, когда она повернула голову и подняла на меня взгляд. Видимо, разглядев восхищение в моих глазах, она нежно улыбнулась в ответ. Много позже, проанализировав тот момент, я не мог сообразить, как смог я на таком расстоянии узреть глубину её бездонных глаз, но именно тогда мне казалось, что она близко настолько, что её дыхание могло бы коснуться моего лица. Смутившись настолько ярких ощущений, я опустил глаза, не желая смущать и её. Но, видимо, именно это чувство было чуждо ей. Не в силах долго смотреть на носки своих ботинок, я вновь поднял взгляд на чудесное виденье, которое не торопилось исчезать там, откуда появилось. Девушка поднималась ко мне по крутому, порой осыпающемуся под её голыми ступнями песчаному склону. Нисколько не смущаясь, она приняла протянутую мною руку. Мне не потребовалось много усилий, чтобы притянуть её на выступ, с которого я уже несколько дней наблюдал за набегающими на берег волнами.
