Штурмовик уже был менее чем в полутора километрах от метавшихся по земле людей, летя так низко, что едва не касался днищем гребня скалы, когда из-под его крыльев вырвались огненные стрелы неуправляемых ракет калибром восемьдесят миллиметров. Примитивное на первый взгляд, но по-прежнему смертоносно опасное оружие было нацелено точно, и кусты разрывов накрыли то место, где мгновение назад находились люди. Начиненные множеством стальных игл головные части ракет С-8С взрывались, не долетая до земли, и на тех, кто оказался мишенью этого залпа, обрушился настоящий стальной дождь.
Легкие иголки, казалось бы, почти не способные причинить вред, разогнавшись до огромной скорости, легко пронзали титановые пластины бронежилетов, не говоря уже о простой ткани бушлатов и человеческой плоти. Сотни таких снарядов, неотразимо смертоносных при кажущейся примитивности, обрушились на горстку убегавших бандитов. Иссеченные, пробитые насквозь, боевики, один за другим падали на голые камни. Но сидевший за штурвалом грозной боевой машины пилот, не удовольствовавшись уже сделанным, когда его самолет почти достиг поляны, ставшей местом побоища, коснулся нескольких переключателей на приборной панели, и к земле устремилось полдюжины свободнопадающих бомб ФАБ-250. Они точно накрыли то место, где еще могли оставаться боевики, сметая все вокруг стальной волной. Лощина покрылась сплошным ковром разрывов, землю окутало пламя, смешанное с дымом и взметенной в небо землей.
Скосив взгляд, и еще раз полюбовавшись делом своих рук, Сергей Кукушкин удовлетворенно хмыкнул и потянул штурвал на себя, заставляя свой штурмовик набрать высоту для нового захода. Вслед ему с земли протянулись цепочки трассеров – уцелевшие после первого удара боевики открыли шквальный огонь из автоматов, хотя, конечно, понимали, что не смогут даже поцарапать закованный в прочную броню самолет.
Ударная волна прошла по лощине, сбивая с ног даже тех, кто находился от места взрывов в сотнях метров. А вслед за поток раскаленного воздуха долетели полный бесконечных страданий крики тех, кому не посчастливилось умереть мгновенно. Теперь смертельно раненые боевики были обречены погибать долго и в страшных мучениях.
– Уничтожить его, – Хусейн Шарипов, успевший до того, как бомбы коснулись земли, крыться под деревом, махнул автоматом, указывая на удаляющийся самолет. – Ибрагим, Мустафа, вперед! Ну же, отродья шайтана, пока он не вернулся!
Двое боевиков выскочили на открытое место, опустившись на колено и вскидывая на плечи трубы переносных зенитных комплексов "Стрела-3". Дождавшись сигнала о захвате цели головкой наведения ракеты, они, один за другим, нажали на спуск, и в небеса от земли протянулись мгновенно тающие дымные следы. Но тот, кто сидел за штурвалом "грача", был опытным пилотом, и потому, делая заход на цель, он перевел в автоматический режим станцию постановки помех, по команде которой из закрепленных под крыльями контейнеров вырвались гроздья тепловых ловушек, походивших на осветительные ракеты.
– Земля, земля, я пятый, – кричал в эфир Кукушкин, босая отнюдь не предназначенную для воздушной акробатики машину из стороны в сторону, пытаясь сбить прицел висевшим у него на хвосте ракетам. – Я атакован! Повторяю – ракетная атака! Выполняю противоракетный маневр!
Одна из выпущенных чеченцами "Стрел" сразу же ушла в сторону, обманувшись ложной целью, и огненный шар взрыва вспух в сотне метров от удаляющегося штурмовика. Но вторая ракета преследовала истинную цель, и, хотя пилот "сухого" старался сбросить ее, маневрируя и засыпая воздух позади себя десятками ракет-ловушек, она настигла свою жертву. Раздался взрыв, левый двигатель самолета выпустил шлейф темного дыма, и штурмовик сразу же потерял несколько десятков метров высоты, неуклюже дернувшись в воздухе, точно раненная птица. Сергей Кукушкин почувствовал сильный удар, толчок, а затем кабина огласилась истошным визгом аварийно сигнализации. На приборной панели тревожно перемигивались индикаторы состоянии самолетных систем.
– Аллах акбар, – хором закричали чеченцы, указывая в сторону скрывшегося за вершиной горы поврежденного самолета, и ожидая, что сейчас над гребнем поднимется столб огня, когда машина столкнется с землей. – Мы его сделали! Проклятые русские! Получите, шакалы!
Однако, радость победы была преждевременной. Уже удалившись на несколько километров, штурмовик взмыл вверх, и в воздухе расцвел одуванчиком купол парашюта, плавно скрывшийся за склоном горы.
Торжество бандитов было недолгим. За их спинами вновь взревели мощные турбины, и с той же стороны, откуда прилетел первый самолет, показался его брат-близнец, от которого к земле сразу протянулись цепочки трассеров. Двух чеченцев, отбросивших опустевшие тубусы зенитных ракет, просто разметало на куски прямыми попаданиями. От них остались лишь брызги крови на камнях.
