-- Ну нет, так не пойдёт. Сейчас решай. А то будешь там в кресле сегодня ночевать, небось.
Тяжело опускаюсь на табуретку у стола.
-- Честно, не могу я сейчас ничего решить. Но и тебя напрягать больше не хочу. Как-никак взрослая, разберусь.
Он хмыкает:
-- Да уж, видел вчера, какая взрослая. Чуть до смерти не заморозилась в тряпочках своих летних.
Я чуть обиженно передергиваю плечами:
-- Тебе-то что?
-- А то.
Он резко встаёт, и с наслаждением потягивается, разминая внушительные мышцы.
-- А знаешь... У меня идея! Рано ведь еще куда-то ехать. Так поехали пока погуляем. Я тебе покажу кое-что красивое!
Надо бы отказаться. Но я не чувствую ничего, кроме странного облечения. Так сильно хочется ещё хоть немного отложить весь этот кошмар, и не думать ни о чем прямо сейчас. Удивительно, но с совершенно незнакомым Егором я чувствую себя спокойно. Но все же у меня просыпается совесть:
-- Я не хочу тебя отвлекать, ведь наверняка ты должен работать. Да и зачем тебе это? Из меня сейчас товарищ по прогулкам сам видишь какой.
-- Товарищ? -- улыбается. -- Смешная ты. Зачем? Это уж мое дело, -- хитро усмехается. -- А работа... так я и есть на работе. Лесник я!
-- Да-а? Ничего себе. Никогда не видела живого лесника.
Он хохочет, и на этот раз улыбка сразу достигает тёплых карих глаз, совершенно преображая лицо.
-- Да увидишь нас тут. Лазишь-лазишь по лесу круглый год... леший уже, а не лесник. А вообще, мастер леса, если что.
-- Уверен? -- боюсь поднять глаза, и увидеть на лице Егора раздражение или дежурную холодную вежливость. Но улыбается он действительно искренне и тепло, да так, что у меня опять щемит сердце.
-- Пошли одеваться!
Надо же, вдруг подумалось, а я уже не плачу.
Глава 2
Егор одевает меня в тёплые стеганые штаны, которые пришлось подвернуть едва ли не вдвое, такую же куртку, и смешную шапку-ушанку. Увидев, как я скривилась, оглядывая свою несуразную в этой одежде фигуру, он смеётся:
-- Это лес, деточка! Тут не помодничаешь, иначе задница на раз отмерзнет.
А я, невольно подхватив его улыбчивое настроение, делаю реверанс, чуть не запутавшись в огромных бурках:
-- Благодарю вас, прекрасный сэр.
Кухня ведёт в сени-прихожую, где нас радостным повизгиванием встречает Линда. У неё там шикарная лежанка из старой шубы и подушек. Да уж, с такой короткой шерсткой на морозе не поспишь. Она вьётся вокруг хозяина, заискивающе заглядывает ему в глаза, и смешно подпрыгивает.
Выйдя наружу, мы оказываемся на большой открытой веранде. Слева стоит большой деревянный стол, по бокам от него скамейки со спинками, а ступеньки по центру спускаются во двор. Передо мной -- большое, расчищенное от снега пространство. Первое, что бросается в глаза -- огромный дровяной склад слева. Перед крыльцом стоит большой чёрный пикап Егора, на котором мы вчера приехали. Присматриваюсь к значку спереди, но я в них не особенно разбираюсь.
-- УАЗик, -- улыбается хозяин. -- Я без него, как без рук. Рабочая-то одна на все лесничество, и та -- древняя рухлядь, -- брезгливо морщится.
Я раньше все удивлялась, кто же такие машины покупает -- с таким-то огромным кузовом. Но глядя на Егора, очевидно, что ему такая очень подходит. Они даже чем-то немного похожи.
Под навесом чуть дальше стоит старенький трактор с громадными колёсами, а за ним -- какие-то хозяйственные постройки. Все это обнесено высоченным сплошным деревянным забором, прямо за которым со всех сторон начинается густой сосновый лес. И ничего больше вокруг, кроме сказочно огромных заснеженных сосен.
-- Обалдеть! - восхищенно выдыхаю я.
-- А то! - хмыкает хозяин.
Дом тоже прекрасен. Сложенный из мощных цельных брёвен, небольшой и складный. Толстая снежная подушка на покатой двускатной крыше и уютный дымок, вьющийся из трубы. Прямо сошёл с новогодней иллюстрации, изображающей домашний уют и лесное уединение. Я такими в своё время долго любовалась, пока свой дом не появился. По крайней мере, я так раньше думала, что он мой.
Возле ворот вижу большой железный вольер и огромную будку. Заслышав нас, из неё лениво вылезает громадный лохматый пес. Среднеазиатская овчарка, которую все обычно зовут алабаем. Рома предлагал завести такого, но я пришла в ужас от вида этих угрюмых монстров, и уговорила мужа поставить сигнализацию и кнопку госохраны.
Пес не лает, не бежит к Егору зайцем, как восторженная Линда, а неспеша, вперевалочку, шествует к нам через весь двор. Я испуганно прячусь за Егора.
-- Медведя не бойся, он умный. Сейчас познакомлю.
Подходящее имечко!
-- Может, не стоит? -- с сомнением смотрю на красные насупленные глаза, массивные когтистые лапы и слюну, капающую с длинных клыков.
-- Ещё как стоит! А то он сейчас думает, что ты чужая. -- берет меня за руку и ведёт к этому чудищу.
-- Сидеть, Медведь. -- пёс на удивление послушно тяжело плюхается на задние лапы.
Егор берет мою руку и подносит к его морде:
-- Нюхай.
Холодный мокрый нос осторожно щекочет мою ладонь.
-- Это Эля. Она своя. Своя, понял?
Потом разрешает псу обнюхать меня целиком. Смущённо пытаюсь отстраниться, когда он старательно что-то вынюхивает у меня между ног.
