Джесса Мэлоун пережила пять лет насилия со стороны единственного человека, которому она могла доверять. Но когда несчастный случай оставил ее в незнакомом доме с двумя очень большими и пугающими мужчинами, она не знает, случайно ли она вернулась к насилию, от которого пыталась убежать.Два брата снежных барса наконец-то нашли свою пару в одной и той же женщине…Дикон и Тайер Унция жили в изоляции в течение многих лет, пытаясь контролировать своих внутренних животных. Когда Джесса соглашается остаться с ними, пока не сможет встать на ноги, братья клянутся убедить ее, что она принадлежит им. Они знают, что девушка желает их так же сильно, как они хотят ее. И они не собираются отпускать ее, особенно когда она стала их, и они уже заявили на нее свои права.
Она сделала это. Джесса действительно ушла от него. Слезы застилали ей глаза, пока она вела «Хонду» по извилистой дороге. Джесса не имела в виду никакого конкретного места назначения, но уехать как можно дальше от Пола было ее первоочередной задачей. Она ехала уже три часа, но слезы продолжали литься у нее из глаз. Ее грудь болела от мучительных рыданий, а глаза опухли. Она поклялась себе никогда больше не делать этого, но, как последняя дура, поверила его словам, поверила, что он больше не причинит ей боли.
— Глупая, глупая девчонка! — она сердито вытерла слезы и резко повернула руль влево.
Снег продолжал свое неуклонное наступление на маленькую машину. Скользкие, заснеженные дороги сделали невозможным сохранить контроль над автомобилем. Разумнее всего было бы притормозить или, еще лучше, съехать на обочину, пока ее эмоции не успокоятся, но все, что она видела — это Пол, идущий за ней с пьяным выражением ярости в глазах. Он убил бы ее сегодня ночью. В этом она была уверена.
Машина затормозила, когда Джесса нажала на тормоза, чтобы сделать еще один вираж вниз с горы. Как только она взяла машину под контроль, то заставила себя перестать плакать.
— Больше никогда. — Расправив плечи, она снова и снова повторяла себе, что никогда не будет такой послушной женщиной, которая стоит в стороне и позволяет мужчине обтирать об нее ноги. Она начинает жизнь заново. Без семьи, к которой можно было бы вернуться, она была полностью предоставлена самой себе, но это было то, чего с нетерпением ждала, особенно после жизни прожитой с Полом.
С тремя сотнями долларов на ее именном счете и горсткой одежды, случайно брошенной в сумку, Джесса не знала, сколько новой жизни она могла бы иметь. Отъезд явно не был запланирован, и, хотя она не знала, что принесет завтрашний день, огромный груз уже свалился с плеч. Пол больше никогда не будет контролировать ее. Это было совершенно точно.
Она снова и снова хлопала ладонью по рулю, пока не заболели ладони. Открыв рот, она издала крик, который мучил ее последние пять лет. Шины зацепились за скользкую полоску черного льда и сделали полный разворот. Воздух покинул легкие Джессы, когда она приготовилась к неизбежному столкновению. Бок машины ударился, и все погрузилось во тьму.
Дикон пригнулся, снег смешивался с его густой шерстью. Его уши дергались, улавливая каждый звук. На дереве сидела птица, а в нескольких футах от нее сновал кролик. Он мог бы пойти за кроликом, но ему нужно было принести домой что-то более существенное. Олень был не более чем в двадцати футах от него, тело напряглось, а нос дергался. Да, животное знало, что он преследует его, знало, что там есть что-то большее и более быстрое, просто ждущее подходящей возможности. Прижавшись всем телом к земле, Дикон почувствовал, как дернулись его усы, когда запах крови проник в его чувства. Когда он повернулся на бок, ветка хрустнула под его тяжелой лапой, заставив оленя метнуться в лес. Тело перевертыша напряглось, чтобы пойти за добычей, но что-то внутри него напряглось, призывая оставить свой ужин и выяснить, что вызвало густой запах крови. Дикон снова глубоко вдохнул, и низкое рычание разорвало его грудь. Человеческая женщина была ранена, это он мог разобрать. Запах ее крови был сладок в холодном воздухе, взывая к их первобытной стороне, к дикому животному, которое было хищником по своей природе. Переезд в глушь должен был помочь успокоить разъяренного зверя внутри него, и с годами он обнаружил, что ищет утешения в своем одиночном заключении. Дикон обнаружил, что не имеет значения, сколько лет прошло или как глубоко его животное зарылось в него, когда запах свежей крови дразнил его чувства, все внутри него пришло в состояние повышенной готовности, и его зверь торжествующе взревел.
Его лапы пожирали расстояние, пока он следовал за острым металлическим запахом, насыщавший воздух. Если бы он был сильнее, как его младший брат Тайер, то мог бы держать своего зверя на расстоянии, но он так давно не ощущал такого опьяняющего аромата. Подняв нос к небу, Дикон глубоко вдохнул. Гул желания покинул его грудь, и он побежал быстрее, резко повернув направо, а затем налево. Деревья пронеслись мимо него размытым пятном землистых тонов, и он оказался рядом с ней.
