– Дать иллюзию свободы, а после наподдать по почкам и погнать вперед; неплохое развлечение за неимением других… Разумеется, я не спрашиваю. Я приказываю. Ты исполняешь. К слову, Хоффмайер, и ты тоже.
– Не думаю, что сегодня я для этого в форме, – возразил Бруно, оттопырив полы длинной потрепанной рясы. –
– В той, в той, святой отец, – злорадно ухмыльнулся инструктор. – Как раз в той самой, что надо. Враг не станет выжидать момента, когда тебе вздумается разоблачиться; и если за тобою, одиноким и безоружным, погонится вооруженная орава в городских закоулках, удирать от них ты станешь в том виде, в каком они тебя застигнут, то бишь путаясь ногами в этом мешке.
– Предполагалось, что здешнее обучение должно сделать из Его Высочества воина, – пренебрежительно покривившись, вновь заговорил фон Редер, и Хауэр показно закатил глаза. – Однако я вижу, первостепенное значение здесь придается тому, как наилучшим образом убежать от драки.
– Предполагалось, – ровно выговорил инструктор, не оборачиваясь, – что мне решать, с кем, что и как должно сделать здешнее обучение, и для тех, у кого нелады с памятью, все сие было закреплено в письменной форме. Первостепенное же значение я придаю тому, как научить остаться в живых. Жизнь и настоящая война – это вам не рыцарские песенки и сказочки, господин барон, и в красивой смерти практического толку мало.
– Вы хотите сказать, майстер инструктор, что я всю свою жизнь лишь отсиживался на пирах? – уточнил барон угрожающе, и Хауэр равнодушно передернул плечами:
– Почем мне знать?.. Итак, Ваше Высочество, – обратясь к Фридриху, все еще тяжело переводящему дыхание, подытожил он, – вы первый. Помните свою вчерашнюю ошибку?
– При приземлении не напрягать коленей, – произнес тот с усилием, ладонью отирая взмокшее лицо, и инструктор оборвал:
– Это пустяки и частности. Вспомните основное.
– Расслабиться, – болезненно поморщившись при взгляде на постройки впереди, вздохнул Фридрих. – Не просчитывать загодя путь.
– Ну, хорошо, Бог с ней, с теорией, – обессиленно отмахнулся Хауэр. – Просто идите и сделайте это. Дабы не коробить рыцарской души господина барона, вообразим, что вы не убегаете, а гонитесь – к примеру, за чересчур прытким любовником своей будущей супруги. Он вон там, далеко впереди, бежит, посмеиваясь и на ходу подтягивая штаны… Вперед, Ваше Высочество. Не то уйдет.
– Подождет ваш прыткий любовник, – возразил фон Редер, отстранив наследника с дороги, махнул рукой одному из двоих телохранителей, до сего момента молча переминавшихся в сторонке, и тот, кивнув, направился к возведенным Хауэром закоулкам.
– Ульбрехт, – укоризненно протянул Фридрих, – всему есть свои пределы. Вы впрямь полагаете, что где-то там, за стеной, притаился наемный убийца с кривым ножом?
– В том, что касается вашей безопасности, главный я, – отрезал барон. – Нарочитой грамоты у меня нет, однако вам и без того известно, Ваше Высочество, что в этом вопросе перечить мне не следует и не имеет смысла.
Наследник поджал губы, снова смущенно скосившись в сторону майстера инквизитора, и Курт передернул плечами:
–
– Вы тоже думаете, майстер Гессе, – уточнил Фридрих скептически, – что здесь мне может что-то угрожать?
– Безопасных мест нет на земле, – кивнул Курт и, подумав, добавил: – Разве что под землей. В могиле уже точно никто не причинит вам вреда.
– Типун вам на язык, – зло бросил фон Редер, тайком крестообразно сложив за спиною пальцы, и Курт вздохнул с напускным состраданием:
–
– Намерены предъявить мне обвинение, майстер инквизитор? – угрюмо поинтересовался рыцарь, и наследник шагнул вперед, чуть повысив голос:
– Ульбрехт!
– Не стоит умничать, – словно не услышав его, посоветовал фон Редер с откровенной угрозой, – изрекая сентенции, каковые я, по вашему мнению, не в силах осмыслить. В моих руках побывало не только оружие, и прочесть я умею не только немецкую надпись на гербе. Так, к сведению.
–
– Ваш
Тот не ответил, лишь одарил майстера инквизитора еще одним убийственным взором, и Хауэр приглашающе повел рукой, предпочтя произошедшей перепалки не заметить:
– Прошу вас, Ваше Высочество. Наш гипотетический любовник уже миновал пару кварталов.
Фридрих помялся, оглядев возвышающиеся перед ним препятствия, глубоко переведя дыхание, расправил плечи, встряхнул руками, пытаясь расслабить мышцы, и инструктор нетерпеливо поторопил его, весьма ощутимо пихнув в спину:
– Вперед!
