Впереди мелькнула тень, и Курт выстрелил снова, не замедляя шага; стрела унеслась в ночь, вновь миновав свою цель, и он рванул быстрее, перепрыгивая через каменные плиты и на бегу нащупывая последний, как оказалось, болт. Каспар возник впереди, близко, так близко, что еще чуть — и можно было бы разглядеть его лицо, если остановиться, и Курт притормозил, вскинув арбалет обеими руками, задержав дыхание и спустив тетиву…
— Зараза… — пробормотал он тоскливо, когда противник вновь отшатнулся в сторону, и сквозь грохот копыт Дикой Охоты донесся звон и скрежет наконечника, врезавшегося в одно из надгробий.
Он остался стоять, опустив арбалет и глядя на Каспара, тоже замершего на месте в паре десятков шагов напротив. Несколько мгновений протекли в неподвижности; наконец Курт медленно, не отрывая взгляда от противника, сложил и убрал в чехол арбалет, сделав опасливый, короткий шаг вперед. Каспар тоже шагнул навстречу ему из темноты, и стало видно, что в руке у него короткий тесак, похожий на те, что так любит Бруно, тяжелый и широкий. Курт медленно вытянул из ножен меч, осторожно и неторопливо двинувшись вперед; Каспар больше не приближался, но и не делал попыток скрыться, и с каждым шагом все четче вырисовывалось его лицо — знакомое каждой чертой…
— Занятное место для встречи, — произнес тот внезапно, и Курт вздрогнул, остановившись и невольно сильней сжав рукоять. — Мне это виделось совсем иначе… Ты полагаешь, что готов? И время пришло?
— Я не намерен играть в игры твоей больной фантазии, — отозвался Курт, всеми силами следя за тем, чтобы не дрогнул голос. — Ты хотел со мной драки? Хотел решения судеб мира? Сдается мне, самое место и время для этого.
— Совсем повзрослел, — отметил Каспар с такой отеческой теплотой в голосе, что он с отвращением покривился. — Но все ж еще не готов. Это будет просто убийство… Странно. Я был уверен, что видел будущее ясно.
— Не слишком много о себе мнишь? — усмехнулся Курт, сделав еще один маленький шаг навстречу; Каспар пожал плечами, перехватив тесак в левую руку:
— Возможно. Годы бесследно не проходят… Уж кто-кто, а ты-то это знаешь.
Курт снова шагнул вперед, не отрывая взгляда от глаз напротив. Да. Годы бесследно не проходят… Даром не прошли для него самого, и Каспар их явно не тратил напрасно. Тогда primo — каким будет бой здесь и сейчас? Сколько продлится? Явно не мгновения, как с большинством из тех противников, кто доселе встречался. И вряд ли даже минуту. Даже три…
Над головою, в темном мутном небе, вновь зазвучал рог — теперь призывно, неистово, исступленно, и ему вновь отозвался глухой собачий лай, а грохот копыт стал ближе и напористей…
Почему медлит помощник?
Да что с ним там?..
Вернуться. Вернуться прямо сейчас. Не тратить больше времени ни на единое слово.
И отказаться от того, о чем думал девять лет? Просто так развернуться и уйти?..
Бруно, сукин ты сын, да что ты там делаешь?!
Курт обернулся назад, пытаясь при этом не выпускать Каспара из виду; крохотная точка огня так и горела где-то вдали, неподвижная и одинокая.
Да что же там могло случиться?..
— Я еще найду тебя, — тихо выговорил он, отступив на шаг назад; Каспар лишь молча усмехнулся, изобразив издевательский поклон, и Курт, развернувшись, бегом бросился обратно, туда, где остался помощник.
Чародея он увидел сразу — тот, сильно хромая, почти на одной ноге, подпрыгивая, ковылял прочь, прижимая к себе вместилище с мощами одной рукой, а другой то и дело придерживаясь за каменные надгробья. Помощника Курт заметил, лишь приблизившись к освещенному пятачку вплотную — тот лежал лицом вниз в темной траве за пределами пятна света, бросаемого двумя факелами. Долю мгновения Курт колебался, пытаясь на ходу увидеть, есть ли кровь вокруг, и прибавил скорости, пробежав мимо; чародея он настиг в несколько прыжков, повалив наземь, и ударил, не сдерживаясь, кулаком в бок, чуть ниже ребер. Беглец придушенно захрипел, попытавшись вырваться из хватки и не сумев, и Курт, рванув его за плечо, поднял чародея на колени, добавив еще один удар — в живот.
— Встал! — прикрикнул Курт, вскочив и за шиворот вздернув пленника на ноги; наклонившись, он подхватил выпавшую наземь кожаную коробочку и подтолкнул Иуду в спину, развернув назад. — Пшел! Резвей! — ожесточенно подстегнул Курт, когда чародей, припав на кровоточащую раненую ногу, вскрикнул и споткнулся. — Моли Бога, какого хочешь, ублюдок, чтобы мой помощник был жив, иначе я из тебя кишки голыми руками вытяну!
— Он лишь оглушен! — простонал чародей, ковыляя вслед за влачащей его рукой. — Я и драться-то не умею, я не мог повредить ему всерьез! У меня это вообще вышло ненароком!
