Даже самая толстая подкожная броня и внушительные размеры не спасут тебя, если ты особенный ребёнок в мире, не терпящем отступления от стандарта.
Славик родился весом в пять килограммов семьсот семьдесят пять граммов, что многое может сказать о бёдрах и комплекции женщины всё-таки самостоятельно вытужившей подобное чудо. Марина и сама не была Дюймовочкой, да и сына она немного переносила, в общем, на родах ей пришлось очень туго. Такого веса не ожидала даже акушерка, принявшая тысячи младенцев.
– Вот так телёнок, потому-то и не лез, – произнесла та, когда ребёнка всё же выдавили наружу.
К несерьёзной гипоксии от переноса прибавилась тяжёлая при родах – малыш слишком долго находился в путях, не собираясь на свет, что привело к необратимым повреждениям мозга. Но репортёр всё равно приехал, и на следующий день в местной газете вышла заметка о рождении богатыря.
К выписке, Марина уже не кормила сама. Дома же на искусственном вскармливании Славик начал интенсивно набирать вес. Мама попыталась ограничивать подходы к бутылочке, но не смогла вынести истерик, и малыш бесконтрольно рос. Как росли претензии между Мариной и Витей – её супругом.
Язык не поворачивался назвать Марину красавицей. Обладая одним не сильно помогающим женщинам свойством, она, будучи беременной, излишне полнела, окончательно дурнея. После рождения Славика, она как будто бы начала приближаться к своей дородовой форме, но через год прогресс остановился, не только сойдя на нет – Марина вновь набирала.
Витя мечтал не о такой жизни и, когда сыну исполнился год, он ушёл. Марина хотела бы поступить так же, но не смогла, оставшись наедине с особенным ребёнком. Перед расставанием муж переспал с ней, словно намереваясь в чём-то убедиться, а на следующий день заявил, что переедет к маме. На самом деле, он влюбился в коллегу по работе, когда Марина находилась в положении. Не дожидаясь развода, Витя съехался с возлюбленной, при этом продолжая помогать бывшей жене.
К полутора годам Славик подошёл с цифрой в двадцать один килограмм. Своеобразное очко сыграло в этот день и в судьбе мамы. Когда Марина ложилась спать, у неё начало тянуть низ. Боли усиливались, а Славик предательски не хотел засыпать. Сидя в кроватке и непрерывно рыдая, сын стал совершенно невыносим. Предел терпения остался далеко позади. Тогда мама ударила в первый раз. Мальчик не успокаивался, второй и третий удары дались чуть легче. Наконец сын уснул.
Лёжа в постели, Марина переносила то нарастающие, то отступающие боли. Она в последний раз решила попробовать сходить в туалет, а уж если не получится, звонить в 03. Зажмурив глаза, она привстала, тужась совсем как в тот раз, когда рожала Славика, держа голову поднятой вверх, с натянутыми как барабаны скулами. Опустив левую руку вниз, в надежде узнать успехи, её пальцы наткнулись на нечто неприятное, похожее на слизь и волосы. Секундно испугавшись почти до обморока, пересилив и заглянув, она увидела верхушку, лезущей маленькой головки. Не помня себя, Марина добралась до телефонной трубки и набрала скорую. Валя, не дожидаясь бригады, с криками вывалилась на линолеум под светом кухонной лампы.
Марина будто и не помнила о той близости с мужем, состоявшейся сразу перед расставанием, всё списав на чудо и крестив Валю в той же церкви, где молила об исцелении первенца. Бог в представлении Марины поступил мудрее, ниспослав девочку с лицом две капли, как её. Витя хотел встретиться с дочерью, но Марина заявила:
– Это мне Бог послал. Ты ей не отец, ни истинный, ни по документам.
Родившись на тридцать второй неделе, пошедшей строением в отца, Валя оставалась худой и маленькой всё время. На фоне Славика она смотрелась настоящей Моськой.
И тут сбылись самые наихудшие предчувствия Марины. Славик постоянно лез к неокрепшей сестрёнке. Мальчик не давал Вале спать, она слабо набирала вес и Марина начала успокаивать сына при помощи физической силы на постоянной основе, вкушая сливки сиюминутного решения проблем. Да он выл, но результат того стоил. Марина же, как свеча постоянно горела. В её голову потихоньку начали приходить самые страшные мысли. В один из дней она объявила Вите:
– Я его сдам.
Тогда Витина мама, всю жизнь проработавшая учителем музыки в школе, решила выйти на пенсию немного пораньше. Её дом стал домом для Славика. Евгения Витальевна, так звали бабушку, делала всё, что полагается для развития личности и даже больше: читала на ночь сказки, учила играть на стоящем у неё пианино, гуляла и делала множество незаметных глазу вещей. Но главная магия – она гасила приступы истерик внука.
Врачи подмечали невероятный прогресс, и Евгения Витальевна награждённая за годы своих усилий, сумела определить Славика в первый класс. Тогда же, в ту же школу в первый класс пошла и его сестра.
Славик тяжело запоминал большую часть информации, всё время словно карабкаясь вверх по бесконечной лестнице. Легко ему давалась только математика. Социальные же навыки находились за пределом его мировосприятия, несмотря на все предпринятые бабушкой усилия. Он не понимал, почему даже самые умные и честные люди всё время врут, в то же время, постоянно ругая за враньё
