Он сделал знак, вперед выступил Молоток с мешком в руке. Присев, он развязал тесемки и извлек оттуда скрипку. Корпус ее был покрыт вьющимся баргастским орнаментом. Увидев его, Скрипач поднял взгляд на Тротца. Тот ухмыльнулся, показав подпиленные зубы.
– Это я ее сделал, Скрип. А вон тот дефект, рядом с грифом, так это все Вал. За косичку меня дернул. Его и вини. Как я делаю.
Молоток аккуратно опустил инструмент на землю, положил рядом смычок. Потом лекарь поднял взгляд, почти что смущенный.
– Мы, Скрип, все тут руку приложили. Все «Мостожоги».
– Забирай, – приказал Скворец. – Скрипач, ты среди нас был самым лучшим. Был и остался.
Скрипач глянул на Быстрого Бена и Калама, увидел, что те кивают, потом на Вала, который вроде бы поколебался, намереваясь возразить, но лишь пожал плечами. Скрипач встретился с призрачным взглядом Скворца.
– Благодарю вас, сэр.
Тут призрак его удивил, шагнув вперед и нагнувшись, чтобы коснуться скрипки. Потом он выпрямился, прошел мимо них и встал, глядя на низину к западу.
Скрипач, нахмурившись, уставился ему в спину.
– Она здесь, – негромко произнес Вал рядом с ним, вздохнув. – В обычном своем виде – но они держатся на расстоянии. Поскольку не уверены, что здесь произошло. Когда она придет, будет уже слишком поздно.
– Кто? Когда придет – кто?
– Та, которую он любит, Скрип. Корлат. Тисте анди.
Вал кашлянул – напряженным от чувства голосом.
– Так точно, никогда нашему сержанту не везло. Ждать ему еще долго.
Потом он заметил неясное движение рядом с грудой валунов неподалеку. Женщина, смотрит на них.
Скрипач охватил себя обеими руками, снова поднял глаза на Тротца и Молотка.
– Позаботьтесь о нем, – прошептал он.
Оба кивнули.
Скворец уже шагал мимо них.
– Вы двое – пора.
Прежде чем развернуться, Молоток нагнулся и коснулся скрипки. К нему шагнул Тротц, присел и сделал то же самое.
Потом они скрылись за гребнем холма.
Почти сразу Скрипач услышал стук копыт – но сумрак не дал ему рассмотреть, как уезжают друзья.
Голос рядом с Котильоном произнес:
– Отлично сработано.
Бог-покровитель убийц скосил глаза на кинжалы, которые все еще держал в опущенных руках.
– Не люблю проигрывать. И никогда не любил, Престол Тени.
– В таком случае, – и призрачный силуэт рядом с ним хихикнул, – мы еще не вполне закончили, верно?
– А, то есть ты знал?
– Разумеется. И – пусть это тебя не шокирует – я одобряю.
Котильон в изумлении обернулся к нему.
– Я так и подозревал, что тебе оно не все равно.
– Не будь идиотом. Я просто ценю… симметрию.
Оба снова повернулись к кургану, только призраков там уже не было.
Престол Тени ударил в землю тростью.
– Как по-твоему, – произнес он, – кто из богов больше всего нас сейчас ненавидит?
– Надо полагать, те, что еще живы.
– С ними мы тоже еще не закончили.
Котильон кивнул в сторону кургана.
– Все-таки молодцы они оказались, верно?
– Мы с ними империю завоевали.
– Мне иной раз кажется, что напрасно мы от нее отказались.
– Идеалист треклятый. Нам нужно было уйти. Рано или поздно приходит время развернуться и уйти, сколько бы сил ты ни вложил в то, чего добился.
– Тогда что же, идем?
И боги двинулись прочь, две тающих тени в свете пробуждающейся зари.
Ток Младший ожидал верхом на полпути между безмолвным строем Стражей и Скворцом с его двумя солдатами. Он наблюдал за встречей отдаленных силуэтов на уродливой вершине кургана. Теперь трое призрачных всадников возвращались обратно той же дорогой.
Поравнявшись с ним, Скворец махнул Молотку и Тротцу рукой, чтобы те ехали дальше, сам же придержал коня.
Развернул его, чтобы последний раз взглянуть на курган.
Ток раскрыл рот.
– Что за взвод у вас был, сэр.
– Мне всю жизнь везло. Но теперь пора, – произнес он, снова разворачивая коня. Бросил взгляд на Тока.
– Готов, «Мостожог»?
Они тронулись вместе, бок о бок.
Потом Ток изумленно уставился на Скворца.
– Только я ведь не…
– Ты что-то там сказал, солдат?
Ток, не в силах ничего вымолвить, покачал головой.
В светящемся небе высоко над равниной на воздушных потоках парил, почти не шевеля крыльями, Гу’Рулл. Убийца Ши’гал разглядывал мир далеко внизу. Вокруг кургана валялись десятки драконьих трупов, а дальше к западу, насколько достигал глаз Гу’Рулла, тянулась полоса опустошения едва ли не в лигу шириной, вся усеянная телами элейнтов. Сотнями и сотнями.
Ши’гал пытался осознать доставшиеся на долю Отатаралового дракона муки – и не мог. Пробуждающиеся в нем ароматы грозили его переполнить.
