Она отпускает мои руки.
– У меня есть для тебя кое-что особенное, – с этими словами мисс Виолет снимает с шеи крестик. – Когда я была маленькой и меня обижали хулиганы, моя бабушка дала мне этот крестик и сказала, что пока я ношу его, Христос будет со мной везде. Хулиганы увидят его и отстанут.
– Я не могу принять такой дар, – отвечаю я, делая вид, что совершенно не в курсе, что таких крестиков у нее полный ящик, по одному на каждого богатого идиота, готового заплатить пятьсот баксов за встречу с ней.
– Нет, бабушка сказала мне передать крестик тебе, а я всегда ее слушаю.
– Спасибо, – произношу я. – У меня нет слов.
– Если недоброжелатель снова побеспокоит тебя, возвращайся, – она опять одаривает меня теплой улыбкой. – Бабушка с ним точно разберется.
Так, пока что я видел только христианскую в общих чертах молитву с минимальными ясновидческими спецэффектами. На пятьсот долларов совсем не тянет.
– Мисс Виолет, этот человек, он, знаете, действительно злой, – я складываю руки, как будто в молитве. – Я благодарю вас за благословение. Но, знаете, он такой… он просто так не отстанет, и даже если отстанет, боюсь, этого мало.
Я кладу руку на сердце и изображаю максимально искреннюю озабоченность.
– Я бы никогда не пожелал зла другому, Бог свидетель. Но я вот думал, может быть, существует какой-то другой тип… благословения?
Она окидывает меня оценивающим взглядом, потом качает головой.
– Мистер Крейг, то, что вы просите, я не могу этого сделать! Я христианка, и благословение возможно только во имя добра. А вы хотите, чтобы я сделала что-то такое, что поклялась перед Богом не делать никогда! – она яростно указывает на дверь. – Если вам нужна такая магия, уходите и забирайте Сатану с собой, ему здесь не место.
– Я же только… впрочем, неважно, – я бросаю попытки добиться вразумительного ответа. Что-то не так в ее картинном отказе, но я не понимаю, что именно. Нужно было предложить больше денег? Я делаю вид, что собираюсь достать кошелек.
– Я могу заплатить за неудобства…
Она резко поднимается, чуть не перевернув столик.
– Мистер Крейг, подите прочь из моего дома! Темную магию не повернешь вспять! Вы сами не знаете, о чем просите!
Я тоже встаю.
– Простите, простите меня, пожалуйста.
– Я буду молиться за вас, мистер Крейг, буду молиться.
Роберт ждет меня в коридоре.
– Пожалуйста, передайте, что мне очень жаль, – говорю я в замешательстве, пытаясь понять, что, черт возьми, только что произошло.
Он ведет меня под руку в прихожую и говорит, понизив голос:
– Все нормально, она простит вас, мисс Виолет – милейшая женщина.
– Я не хотел никого оскорбить.
– Она знает. Просто то, о чем вы попросили, – он качает головой, – это даром для души не проходит.
– Но это возможно? – спрашиваю я.
Он оглядывается через мое плечо на комнату ясновидящей.
– Мы не говорим о таких вещах в этом доме.
Он берет меня за руки, и я чувствую в ладони клочок бумаги. Уже в машине я разворачиваю его и вижу телефонный номер. Вот куда нужно звонить, если нужна магия потемнее.
– Не нервничайте так, – говорит Роберт с пассажирского сиденья. – Моссмен совсем не страшный.
Номер на листочке оказался личным мобильником Роберта, а Моссмен, по его словам, мог совершить «несколько более мощный обряд, который вам нужен». Сам Роберт, как я понял, был кем-то вроде посредника для ясновидящих и прочих шарлатанов Атланты, который находил и обрабатывал клиентов. Он проинструктировал меня найти девятьсот долларов пятидесятидолларовыми банкнотами, вложить между страниц Библии и сунуть Библию под подушку на ночь, а на следующий вечер подобрать его на одной из парковок в северной части города. Оттуда мы поедем на встречу с Моссменом. Кроме того, мне было велено не забыть фотографию своего недоброжелателя или какую-нибудь принадлежащую ему вещь. В роли таковой со мною была шариковая ручка, которую я, по легенде, стащил со стола своего противника.
Усевшись в машину, Роберт скомандовал двигаться на юг по И-75, пока он не скажет поворачивать. Похоже, мы двигались не просто в пригород, а значительно дальше. Наконец, мне было велено свернуть с шоссе в городке, где были только аквапарк и магазин «Все по 1 доллару». Мы съехали на неосвещенную грунтовку, и я почувствовал прилив нервного возбуждения. По дороге Роберт потчевал меня историями о свершениях Моссмена, как он помогает людям, даже однажды воскресил из мертвых ребенка, и как сам губернатор время от времени приезжал к нему за советом. Я не стал переспрашивать, как губернатор расплачивался за консультации – из бюджета штата или в счет предвыборной кампании.
